Империя Греха

Я также проверяю людей из моей прошлой жизни, когда он спит, чтобы он не увидел их.

Если бы это зависело от меня, я бы держала их и Нокса на расстоянии друг от друга, но это только желаемое, тем более что они связаны с Мэттом Беллом — человеком, которого Нокс пытается победить.

У Сандры произошёл приступ паники на предварительном слушании по гражданскому делу. Я тоже была на грани этого, находясь среди всех этих людей, хотя и спряталась снаружи.

Внимание СМИ к этому делу просто безумное, абсолютно зверское, и все их вопросы к Сандре злобные. Они не только выслеживают ее при каждом удобном случае, но и спрашивают, не симулировала ли она приступ паники, играя на сочувствии судьи.

Хотя большую часть времени я оставалась на заднем плане, мне казалось, что за мной наблюдают, будто мой худший кошмар становится явью и все закончится.

Я была более параноидальной, чем обычно, и почти поддалась иррациональному страху, но не сделала этого, потому что Сандра нуждалась во мне. И я должна была быть рядом с ней, даже если у меня по коже ползли мурашки.

Даже если я подумывала о том, чтобы снова убежать и никогда не возвращаться.

Однако я не думаю, что это возможно, не сейчас, когда я пустила корни, в существовании которых не хотела бы признаваться.

И большинство из них связано с человеком, который поджигает мое тело и душу и не боится быть охваченным пламенем.

Хотела бы я обладать его уверенностью или прямотой. Хотела бы я быть такой же напористой или такой же потусторонней, как он. Хотя я признаю, что привязана к нему, я не могу признать, что это может быть чем-то большим, чем просто привязанность или просто способ избавиться от одиночества.

Это становится более масштабным, и это съедает меня изнутри, когда я думаю о скрытом смысле.

Как прямое следствие этой мысли, я не могу избавиться от чувства пустоты, овладевающее мной всякий раз, когда он заканчивает трахать меня.

Как сейчас.

Мы в комнате снабжения. Он не спешит надевать на меня одежду и касаться меня в процессе — после того, как он трахнул меня быстро и грубо у двери. Я едва стою на ногах, мои конечности дрожат, а киска все еще пульсирует. Нокс делает это со мной все время. Сила его толчков частенько заставляет меня бредить еще долгое время.

И я рада, что именно он приводит мою одежду в порядок, потому что я едва могу двигаться, не говоря уже о том, чтобы функционировать.

Наконец, он надевает мне на нос очки. Он никогда не трахает меня в них и не разрешает носить их в квартире, но уважает мою потребность оставаться скрытой на публике. Он также не заставляет меня отвечать на его вопросы о моей настоящей личности, хотя продолжает их задавать.

Его губы касаются моих, и я вздрагиваю, сердце колотится в груди.