Императорский отбор для попаданки

Магия на отборе запрещена, — развел он руками.

— А если мы навестим мага?

— Это можно, — кивнул. Улыбка не сходила с его лица, и мне, несмотря на все, что сделала пакостного Димка, стало ее жаль. Селебрин не пожалел подругу детства, а ведь мог. Мог!

— Не грусти, Ди! — крикнул принц, уходя. — Я найду того, кто это сделал!

«Чтобы наградить…» — почему-то подумалось мне по взгляду его довольных глаз.

Глава 31

Панибратские слова принца, что Димею ничего не испортит — можно понимать двояко, только влюбленная натура пылкой маркизетты однозначно истрактовала их как издевку.

Я бы на ее месте тоже обиделась, но ныне пытаюсь во всем искать плюсы, иначе с ума сойду. Нет бы на отборе чинно выполняли задания, судьи как на выставке породистых лошадок выставляли баллы, а потом по максимальным определили победительницу. Так нет же!

И вот Димка истошно завывает, я мечусь и пытаюсь придумать, как вернуть волосы, не нарушив правила отбора.

Деликатный стук отвлек меня от тягостных раздумий.

На пороге стоял высокий элегантный мужчина в сочно-зеленом костюме с большой сумкой в руке.

Его волнистые темные волосы ниспадали на угловатые плечи и однозначно подошли бы для рекламы шампуня — настолько шелковистые, сияющие, сочные по цвету.

— Я мастер Рано, — поклонился он. — Его Сияние, принц Селебрин рассказал о… — огляделся по сторонам, приложил узкую, холеную ладонь ко рту и перешел на шепот. — Некой деликатной проблеме.

Как мило, что принц соизволил позаботиться о подруге, вот только в свете последних событий я окончательно растеряла веру в человеческую доброту, поэтому не спешила впускать гостя.

Удивленный мужчина не привык, что его заставляют ждать, еще и оценивают, горделиво вскинул голову. Тогда я, деликатно, чтобы не обрести нового врага, обозначила причину своего недоверия.

— Мастер Рано, как я могу проверить, что вы говорите правду? — вон, Димке уже помогли бескорыстно. Еще одна попытка такой помощи доведет меня до сердечного приступа.

Мужчина заморгал, открыл рот, чтобы возмутиться, но быстро пришел в себя. Видимо, привык, что аристократы с причудами, и красивым, театральным жестом приложил ладонь медальону в виде льва, висевшему на груди.

— Клянусь: все сказанное — правда до единого слова! — произнес сдержанно.

Не впечатлилась бы, но такие носят доверенные лица императорских особ. Если он клянется на таком — доверять можно. Я замерла, ожидая результата.

Изумрудные глаза зверя сверкнули, подтверждая клятву, и я, выдохнув с облегчением, впустила мастера."

"Услышав горестные рыдания, он убедился в деликатности проблемы, но держался все так же уверенно.