9
0Красноярск
Перрон вокзала.
— Миша! Ты забыл, что у меня сегодня приезжает мама? — вспыхнула Маша, и у проходящего рядом мужчины лопнули очки.
— Помню, конечно! Вообще-то она приглашена на сегодняшний банкет, — ответил Миша.
На заднем фоне кто-то окликнул его и начал что-то объяснять. Что именно, она не расслышала.
— Забавно, ну пойдем поговорим… — сказал он не в трубку, но быстро вернулся. — Маша, я могу вас встретить, как приедите? Или отправить за вами Данилу?
— Нет, мама приехала со всем своим.
Маша боялась даже представить, сколько народу мать притащит с собой. Обычно, вагона три, не меньше.
— Я хотела сказать, что если ты сегодня не ночуешь у меня, то я сильно обижусь. У тебя последний шанс искупить вину.
— Вот за это я тебя и люблю! — повеселел голос в трубке. — Извини, мне надо идти, еще куча дел перед банкетом. Кстати, он в семь. Я скину адрес.
— Хорошо, целую, пока!
Маша убрала телефон в карман и задумалась. Ее интересовало только одно — в каком из вагонов находится ее мать? Она свыклась с тем, что эта суровая женщина ездит по Империи исключительно поездом. На то было две причины: много слуг, одежды и прочего. К тому же, ей нравился стук колес и легкое укачивание.
Она с детства говорила им с отцом:
— Только в поезде я нормально высыпаюсь!"
"Тем временем, состав из Москвы с красивым именем «Ночной странник» остановился. Из головного вагона выскочил сначала начальник, а затем два его помощника. Они быстро побежали куда-то вдоль.
«Ага, вот за ними мне и надо» — подумала Маша.
У центрального, красного вагона, который даже визуально выглядел куда богаче остальных, скопилось уже приличное количество слуг. На форме каждого красовался герб Кутузовых.
— Мария Сергеевна, здравствуйте! Как мы рады вас видеть! — раздались со всех сторон приветствия подчиненных.
Они заняли почти весь перрон и продолжали выходить из вагонов. Носильщики уже разгружали бесконечные чемоданы с одеждой и нарядами. Как будто графиня Кутузова на год приехала, а не на пару дней повидаться с дочкой.
— Мария Сергеевна, — отвесили поклон три личных телохранителя ее мамы. Это были тройняшки. Похожие друг на друга как две капли воды. Отличались они только цветом волос. Рыжий, блондин и брюнет. Это был личный приказ их госпожи.
— Трое из ларца! — улыбнулась Маша, и в шутку ответила им тем же поклоном. Она любила над ними подшучивать, потому что те держали всегда невозмутимый вид. Дисциплина, мать ее.
— Марфа Андреевна сейчас…
— Уже выхожу! — раздался звонкий женский голос. — Машенька, ты тоже тут?
На перрон вышла роскошная женщина в соболиной накидке и в широкой шляпе. Про таких говорят «В самом соку». Она была невероятно красива, и многие путали ее с актрисами кино. Пухлые губы, кошачьи глаза, маленький аккуратный нос.
