Идеальный расчет (СИ)

По привычке стукнула себя по боку в поисках телефона, а вернее, фонарика в нем, но бедро оказалось не то чтобы не там, а вовсе не такое, как я привыкла. Я невысокая, фигуристая барышня, и моя ярко выраженная талия была не моим личным достоянием, а разницей с объемными бедрами, которые тоже были подарком природы.

Сейчас под ладонью я чувствовала кость, и от этого было еще страшнее. Кость в районе таза? Там, где у меня обычно хорошая такая, мяконькая прослоечка, что я называла «мой нз на случай непредвиденных ситуаций»? И тут мне стало прямо вот отчетливо страшно, потому что руки тоже были тощие, с длинными, тоненькими пальчиками без гель-лака цвета «фуксия».

Наклонив бутыль, я сделала несколько глотков: когда ты теряешь себя – вообще не до насекомых, и, возможно, даже пофиг на крыс и мышей, но о них я не вспомнила. В горле приятно защипало, но, чтобы утолить жажду, надо было больше жидкости, и я сделала еще пару глубоких глотков. Отдышалась, ощупала себя снова, подняла подол платья, которое оказалось очень длинным для меня – я такое просто не могла себе позволить носить – выгляжу как «баба на чайнике».

Встать на ноги так и не смогла, потому что голова закружилась, да и голоса, которые я слышала, снова приближались, но теперь среди них я явно слышала мужской бас. Наскоро заткнула бутылку, засунула обратно под полку. На коленках прошуршала обратно и попыталась спрятаться за мешками, хоть это и было сложно – ноги слишком длинные, чтобы подтянуть их под себя, как я привыкла.

– Точно здесь? Одна? – переспросил мужской голос, и у меня все поплыло перед глазами. То ли брага дошла, наконец, до центра управления пьяной бабой, то ли от страха - разум немного размыл картинку перед глазами.

Скрипнуло, и мне в лицо ударил луч фонаря или телефона, но не особо ярко и точечно. Шорох шагов, тень на полу, надвигающаяся на торчащие голые ноги, которые спрятать так и не смогла. Откинули мешок, еще сильнее ударило светом, и я провалилась в забытье, где мне снилось лето и речка, липкая жижа у берега, в которую наступать было отвратительно, но купаться хотелось – песочек будет только через пару метров.

– Пола, Пола, Полка! – на лицо упал холод, и голос издалека становился все четче и реальнее, эхо отступало. – Ты чего это решила упиться так? Сама спрятала, чтобы не трогали, сказала, что с ног валит с одного стакана, и сама же пить принялась? – голос был тем самым басом, что слышала с улицы перед тем, как отрубиться.

– Т-то ты? – только и смогла я прошептать сухими губами, а при попытке открыть глаза, к этому оркестру «прекрасных» ощущений тромбоном подключилась головная боль. Когда картинка настроилась, передо мной стоял мужчина лет тридцати.