3
0
Вот, опять дискриминация по размеру отряда или происхождению. Нет, в армии дискриминации действительно крайне мало, но она все равно есть. В мире, где есть аристократия, об этих ублюдках голубых кровей все равно рано или поздно услышишь. И обязательно подумаешь о них что-нибудь плохое.
— По приказу высшего командования, казармы типа «Бастион» можно получить в пользование только после уплаты взноса, — развел руками Лежаков. — И взнос серьезный, который мало кто сможет потянуть. В зависимости от площади «Бастиона» получается от двухсот до пятисот тысяч рублей!
— Во как! — удивился я и примерно прикинул, что постройка «Бастиона» обошлась бы примерно в ту же сумму. По крайней мере, если считать только материалы, но всё равно предоплата довольно серьезная.
— Да, но это правило не обойти, — вздохнул Лежаков. — А ведь ввели его потому, что некоторые не умеют рассчитывать свои силы!
Дело в том, что раньше каждый желающий мог получить в пользование «Бастион». Для этого достаточно было несколько раз хорошо отличиться в бою или же просто собрать большой отряд. Но со временем начались проблемы, ведь такой особняк надо еще как-то содержать. И с этим у многих появлялись проблемы.
Все-таки там действительно есть, что содержать. И это выходит очень недешево. Взять ту же сауну или спортзал. За бассейном тоже нужен уход, как и за остальными многочисленными комнатами. Несколько кабинетов, куда можно приглашать учителей и инструкторов, зал боевых искусств, своя столовая. Это как база внутри базы, только более комфортная и закрытая. И, опять же, это всё очень недешево. И если отряд не справляется с обслуживанием внутреннего убранства, то потом Империи приходится ремонтировать все за свой счет. Вот и решило командование ввести обязательную плату, как раз на случай, если отряд не потянет такие расходы. Потом эти деньги будут потрачены на его восстановление.
— Так что пусть ты и отличаешься на заданиях, но твоего жалования на такие хоромы всё равно не хватит, — заключил Лежаков и на пару секунд воцарилась тишина, которую прервал дикий хохот прапора Деревянкина. У бедолаги аж слезы из глаз брызнули, а сам он схватился за живот и скатился под стол. — Ты чего? Всё нормально? — нахмурился генерал.
— Да-да, просто вспомнил кое-что, — выдохнул красный, как рак, прапор.
— Возвращаясь к нашему разговору, — поднял я руку, — вот моя карточка.
— Зачем мне твоя карточка? — не понял Лежаков.
— Хочу приобрести три «Бастиона». И там как раз останется для Барсукова, надо будет объединить их в одно здание. Справишься? — кивнул я начальнику стройбата.
— Пф! Легко! — воскликнул тот. — Разумеется, в свободное от службы время, — кивнул он растерянному генералу.
— Но ведь… — генерал никак не мог прийти в чувства.
