6
0
— Вот и кушай, — улыбается она, пододвигая ко мне сметану и варенье.
— Я сегодня уйду, — сообщаю старикам, а они переглядываются.
— И куда пойдешь? — мрачнеет Ибрагим. — Ты бы шёл обратно, Илюшка. Я тебе вчера всё сказал.
— Помню, но у меня задание, дед.
— Не нужно тебе туда соваться, в это твоё задание.
— Живы будем — не помрем, да, баб Лен?
Провожать выходят оба. Стоят на крыльце. Баба Лена кутается в шаль, Ибрагим накинул свой залатанный тулуп.
— Ты на обратном пути заходи, — кричит мне старик. — Когда возвращаться будешь.
— А меня и не было у вас, — весело отвечаю ему, и тот понимающе кивает.
Выхожу так же через заднюю калитку, минуя засыпанный снегом сад. До хижины Афанасия мне три дня пути. На ночлег остановлюсь в рыбацкой деревне. Там у меня тоже знакомые есть. Но расспрашивать уже не буду. Незачем привлекать к себе внимания. Со слов Ибрагима я понял, что Валерию вряд ли нашли, да и не найдут уже, скорее всего, но с Афанасием поговорить нужно. Мне бы Георгу отзвониться, а для этого нужно выше забраться, вот перед рекой и найду, откуда связаться. Не нравится мне вся эта история, мутная какая-то.
В посёлке у рыбаков как всегда весело и тепло. Здесь к чужим людям относятся не так настороженно. А меня знают.
— Илья, опять в отпуск? — пожимает руку старший рыбак.
— Здорова, Петрович, ага, в отпуск. На ночь пустите? — отвечаю крепким пожатием.
— Почему же не пустим, иди к Никитичу, у него койка свободная, а вечером подгребай к костру.
— Договорились.
Иду к вагончику, где мне предстоит переночевать.
— Илюха, привет, — пожимаем крепко руки. — Надолго?
— На ночь. Пустишь?
— Конечно, залетай. Твоя койка свободна.
Заходим в вагончик, и я сгружаю рюкзак на не заправленную койку слева. Матрас, скрученный вместе с подушкой внутри, лежит на верхней кровати.
