Я твой монстр

Казалось, его забавляла и вся эта ситуация, и моя реакция на нее.

– Мм-м, – издевательски произнес он, – ты так предана Исинхаю, что поставишь свою жизнь под угрозу, лишь бы вытащить меня?

– Мне казалось, это очевидно! – отчеканила я.

Он не стал оспаривать сказанное, но вдруг встал, снова пугающе резко приблизился и, глядя мне в глаза, выдохнул, почти касаясь моих губ:

– Так, значит, ты сделаешь абсолютно все, чтобы я остался в живых?!

И это был не вопрос – это был вызов.

Гребаный вызов гребаного монстра, которого… как ни ужасно было в этом признаться самой себе, я боялась все сильнее с каждой секундой. И это бесило!

– К слову, как он целуется? – вдруг спросил Адзауро.

Я стиснула зубы, с ненавистью глядя на того, кого убить просто не имела права… однако впервые в жизни мне хотелось хоть кому-то нанести увечья. Да хотя бы просто дать в морду. Но бить клиента я тоже не имела права.

Бить физически.

Про морально ведь речи не было, не так ли?

– Полудохлый целуется шикарно, – проговорила я, нагло и с вызовом глядя в опасно сузившиеся глаза Адзауро. – И когда все это закончится и я успешно продам свою невинность, следующим пунктом плана будут две недели с ним на ближайшей курортной планетке. И насколько я знаю Полудохлого – десятью минутами он не ограничится, в отличие… от некоторых, так что мы вряд ли будем покидать постель все две недели. Накувыркаюсь всласть. Еще вопросы, малыш?

Несмотря на то что мы были в густом сумрачном лесу, я отчетливо увидела, как лицо монстра потемнело. Удар был точный. И болезненный. Знала ли я об этом? Да. Сожалела ли? Ни капли. Все дело в инстинктах – сыграв на них раз, я заставила Адзауро ощущать меня своей собственностью. Своей женщиной. И надеюсь, сейчас ему было действительно очень больно!"

"– К слову, если ты сдохнешь, – продолжила я, – лично для меня это ничего не изменит. Я не спецагент, не S-класс, я даже не военнослужащая, Чи-крошка, так что под трибунал не пойду. Да, мне будет грустно расстроить шефа, но… не более. А что касается моей грусти… Ну, ты ведь уже понял, кто ее развеет, не так ли?

К слову, я лгала. Я лгала практически каждым словом, ну, кроме того, что я не пойду под трибунал. Действительно не пойду, но… подвести шефа для меня было страшнее даже смертной казни, вот только знать об этом яторийскому ублюдку явно не следовало.

– Пошли, – приказала я, срывая остатки вплетенных в прическу цветов и собирая волосы в неаккуратный, но крепкий пучок. – Мы пойдем на север. Болота, значит, болота – будет легче прятать трупы тех, кто рискнет сунуться вслед за нами.

В темных глазах Адзауро, промелькнуло что-то восторженно-торжествующее, но я уже даже не пыталась понять что-либо в этом мужчине.