10
0Кто ж ему теперь виноват?
— А Андрей мне, может, нравится вообще? — ляпнула я зачем-то и тут же прикусила язык. Это однозначно было лишнее, но слово было уже не поймать — воробей вылетел.
— Даже так? — сжал он меня теснее и вдруг как-то рвано стал дышать. Крылья его носа так и раздувались в гневе. Он злится? Но на что? Или… Это ревность? — Так ты влюбилась, дурочка?
— А если и влюбилась — тебя это никак не касается, ясно? — рыкнула я на него. — Да отпусти ты меня уже!
— Договорим и отпущу, — не разжал пальцев он, настырно заставляя меня оставаться на месте и смотреть ему в глаза. — Жаль тебя расстраивать, малыш, но ничего серьёзного у вас не выйдет. Андрей не подходит для серьёзных отношений.
— Это не тебе решать, понятно? — огрызнулась я.
— Мне.
— Что — тебе?
— Мне решать.
— С чего это? — округлила я глаза.
— С того, Лина, что ты — моя, — заявил он, до боли сжав мои руки. — Моя игрушка. И играть в тебя буду только я.
53
— А губа у тебя не треснет? — спросила я, снова дернувшись в его руках.
Игрушка?
Играть в меня?
Ну, я тебе поиграю, козлик ты малолетний.
Завтра же сама приглашу Андрея на свидание.
Назло этому упырю.
— Не треснет.
— А мне кажется, ещё как треснет! Подарю тебе на день рождения губозакаточную машинку!
— Тогда заказывай уже на маркете, мой день рождения очень скоро.
— Обязательно закажу. Самую хорошо закатывающую твои наглые губы!
Матвей рассмеялся.
А потом вдруг замолчал и нахмурился.
Стал смотреть на мои губы.
Их стало колоть от такого взгляда — серая радужка, казалось, даже потемнела.
Матвей стал склоняться ко мне…
Поняв его намерения, я упёрлась руками в его мощную грудь и отвернула голову.
— Не смей меня трогать, — процедила я.
Мышцы парня вдруг напряглись.
Что — не нравится тебе отказ?
Ну извини. Я тебе и не навязывалась.
— Отвали.
Я довольно ощутимо его пихнула в бок, и он выпустил меня.
Даже спрашивать ничего больше не стала, вылетела как ошпаренная из его комнаты.
— Ох ты боже…
— Блин!!"
"Мы столкнулись едва ли не лбами с матерью Матвея за дверью.
— Куда ты так летишь? Что случилось-то? Пожар?
— Ничего, простите… Я просто тороплюсь.
— Куда?
— Звонка жду. Простите ещё раз.
Я помогла собрать с пола полотенца, которые она несла в ванную комнату, и ушла к себе в спальню.
Там долго ходила из угла в угол, гоняя мысли в голове.
Злилась, до отчаяния.
Потому что ничего сделать ему я не могу.
Он далеко не такой глупый, каким я видела его в самом начале, он разгадывает мои шаги наперёд, и оказывается первым и тем, у кого в руках сосредоточена власть.
Неприятно это осознавать, но это факт.
Единственный бунт, который я могу ему устроить прямо сейчас — продолжать общаться с Андреем. Матвея будет это злить, но только указывать мне, с кем общаться и встречаться, он никакого права не имеет.
