Я тебя никогда (СИ)

Ну вот и что ему рассказать?

33

— Зачем тебе знать о ней? — спросил я, открывая сайт с той игрушкой, в которую мы любили рубиться, когда Филин приезжал ко мне.

Филин — кличка, образованная от фамилии Филимонов.

Его так все друзья называли.

— Понравилась, — бесхитростно ответил двоюродный брат.

Я задумчиво уставился на него.

Понравилась?

Ему?

Ангелина?

Да они также далеки друг от друга как бегемот и балет.

Что между ними может быть общего?

Филин просто её совсем не знает.

Нечему в ней нравится!

Просто нечему.

— Кто? Она — тебе? — усмехнулся я.

— Ага, — ответил он. — А что такого? Симпатичная ведь девчонка. Я бы с такой замутил.

— Она обычная нищебродка без родителей, — процедил я сквозь зубы, не понимая сам, почему так бешусь. Руки сами с собой в кулаки сжимались. — Что ты в ней разглядел?

— Сирота, что ли, она? — уточнил Андрей.

Всё остальное, сказанное мной, брата совершенно не взволновало.

Странно. Андрей никогда не проникался нищенками!

Экстрима захотелось ему?

Впрочем, мы оба родились в не самых бедных семьях города-миллионника, и в принципе не вращаемся с девушками и парнями иного круга. В нашей тусовке в основном только те, кому на совершеннолетие дарят спортивные тачки.

Нищебродов в этом кругу, конечно, никогда и не было.

Мне просто неоткуда знать, как Андрей вёл бы себя с такими, как Леся.

— Сирота, — ответил я. — Круглая."

"— Бедняжка… А что же случилось с родителями?

Я окинул внимательным взглядом брата.

Он не шутит?

В самом деле ей сопереживает?

Он же её не знает вовсе, да и нашего она поля ягода, чтобы ею так интересоваться.

— Слушай, ну мы уже достаточно времени уделили её персоне, — заявил я. — Ты играть-то катку будешь?

— Будем, — кивнул тот присаживаясь рядом с ноутбуком.

Компа у меня два. Ноутбук куплен как раз для игр с друзьями: я с обычного компа, друганы, что иногда тусили у меня — с ноутбука. — Но всё равно расскажи её историю. Почему она живёт в вашем доме? Что с её мамой и папой?

— Да далась она тебе! — грозно шёлкнул я компьютерной мышью. — Сирота и беднота. Мать — учительница, кажется, недавно умерла от рака. Отец её знал, пожалел девчонку и приютил её у нас. Взял над ней опеку, чтобы в детский дом её не заграбастали. Семнадцать лет, учится теперь со мной в классе. Всё? Или что-нибудь еще интересует? Группу крови и какой у неё любимый цвет я не знаю, сразу говорю.

— Ого, печальная история, — почесал подбородок Андрей.

— Да, можешь дома поплакать потом, если хочешь. Давай подключайся, бой без тебя уже весь профукали, пока ты про эту пигалицу всё расспрашиваешь!

— Да бегу, бегу… Слушай, а твой отец молоток! Мужик прямо.

— Ты чего это вдруг впечатлился моим отцом? — глянул я на Андрея. — Ну, молоток, конечно. А что такое?

— Ну, то, что приютил девочку. Очень благородно с его стороны.