Чехов. Книга 8. Темный всадник [СИ]

— За забором стоит машина главы службы кустодиев, Александра Васильевича Морозова, — ответил Зимин, — Но ваши работники не спешат открывать ворота, чтобы пропустить его на территорию.

— Все так, — послышался из-за ограды знакомый голос. — Наверное, они боятся этого милого… человека на коне. Но спешу вас успокоить: он не собирается к вам в гости.

Авдотья взглянула на стоявшего рядом с ней Колю. Мальчик немного подумал, а затем кивнул, словно подтверждая, что опасность нам не грозит. И приказчица сурово скомандовала:

— Открывайте ворота!

Селяне нерешительно затоптались. И стало очевидно, что Авдотью эти люди боятся куда сильнее, чем криомастера, главу службы кустодиев, и даже некроманта. То есть, меня.

— А ну как этот всадник всех нас приберет? — произнес один из селян. — В деревне говорят, что после встречи с ним еще никто живым не ворачивался.

Авдотья хищно усмехнулась:

— Если вы не откроете ворота — то столкнетесь со мной. И я буду недовольна. Проверьте, это куда страшнее, чем какой-то там всадник.

Угроза подействовала на селян. Несколько мужиков сняли запирающий створки деревянный брус. Отволокли его в сторону и замерли.

— Сами распахните, милсдари, — ответил за всех один селянин. — Здеся дурных и самоубивцев нет. Не невольте нас, Искупителем прошу.

Мы с Зиминым переглянулись и одновременно кивнули друг другу. Навалились на тяжелые створки, которые со скрипом поддались. Боковым зрением я заметил, что селяне попятились от нас, раз за разом осеняя себя защитными знаками Искупителя. На нас местные старались не смотреть, словно мы добровольно обрекли себя на проклятье. В толпе тихо всхлипывала женщина. А потом и вовсе заплакала, причитая:

— Какие молодые… жить да жить бы еще… зачем же…

— Хватит уже, — фыркнула Авдотья, но в ее взгляде читалась обеспокоенность.

— Ох уж эти суеверия, — пропыхтел кустодий.

Створки наконец распахнулись, и мы вышли за пределы территории. И первым, что я увидел, была черная машина. У ее капота которой стоял Александр Морозов. Он скрестил на груди руки. При этом глава кустодиев был жив, здоров и невредим. Да и выглядел князь спокойно. Заметив нас, он улыбнулся и помахал нам рукой и произнес:

— Доброй ночи, господа. Вы хорошо выглядите. Будто вас не держат взаперти какие-то люди с вилами. Я надеюсь, они не выскочат наружу с факелами?

— Главное, не делайте резких движений, — попросил Стас. — Эти люди напуганы.

— Павел Филиппович, вы плохо влияете на моего приемного сына. Того и гляди завтра он откроет котячий приют и начнет раздавать голодающим бездельникам тарелки супа, — проворчал мужчина.

Я взглянул на замершую неподалеку фигуру на коне. Всадник был одет в черный балахон, а его лицо скрывал наброшенный на голову глубокий капюшон.