3
0Случаем, не захворал от переизбытка искренней радости?
– Пустой. Оружия нет, – доложил Цыпа, успевший уже досконально ощупать костюм Грина вдоль и поперек."
"– В чем дело, Монах?! – стараясь говорить спокойно, спросил хозяин квартиры, когда мы все вместе прошли в гостиную. Повернулся к Тенгизу. – Что происходит, уважаемый?
– Пока ничего страшного, – успокаивающе поднял руки Тенгиз. – Просто у людей разговор к тебе есть. Думаю, недоразумение все это. Скоро все выяснится.
– Хорошо живешь! – похвалил я, оценивающим взглядом пробежавшись по хрустальной люстре и австрийскому мебельному гарнитуру.
Под овальным обеденным столом стояли рядышком чемодан, культурно перетянутый кожаными ремнями, и портфель-«атташе».
– А тебе какое дело?! – сразу окрысился Грин, пытаясь вывернуться из Цыпиных объятий. – Я требую объяснений!
– Какой ты нервный! – осуждающе заметил Цыпа и, силой усадив заартачившегося «клиента» в кресло, пристегнул наручниками его правую руку к ножке массивного стола. Удовлетворенно выпрямился. – Вот так-то будет значительно надежней! Гарантия! Если хочешь, я тебе дам прикурить.
Наверно, в преддверии хорошо знакомой, привычной работы у Цыпленка произошел мощный выброс адреналина в кровь – вот он и развеселился.
Грин перестал дергаться в кресле и тоскующим взглядом уставился на электронные настенные часы, Я его понял и посочувствовал:
– Да, дорогой Серж! Меньше чем через два часа из аэропорта Кольцово поднимется красивый, как птица, белый пассажирский лайнер Люфтганзы. Но уже без тебя!
Грин вздрогнул и поспешно отвел глаза от часовой стрелки.
– Цыпа, принимайся за доскональный шмон! С багажа начни! Присядем, Тенгиз, в ногах правды нет. Да и спешить нам особо некуда – целая ночь в запасе.
В распакованном чемодане ничего достойного интереса не обнаружилось, так, обычный набор шмоток человека, собравшегося в дальнюю дорогу. Вещи, кстати, все импортные и дорогие, как на подбор. Ну, ясно – чего в цивилизованную Германию отечественное барахло тащить? Несолидно, как сказал бы Баграмян.
– Ну что, браток? Дальше темнить бесполезно, – улыбнулся я, разглядывая замечательно профессионально переклеенное фото. – Рассказывай! Где камушки?
– Вот собака, – не сдержал праведного гнева Тенгиз, до последней минуты, видно, не веривший в виновность Грина.
– Не обижай так братьев наших меньших! – наставительно заметил я.
