Братва

Внимательно присмотревшись, я увидел, что в его взгляд понемногу уже возвращается осмысленность.

– Ничего страшного. Обморок с тобой случился. Ты разве не помнишь?

– Нет, – смущенно признался Цыпа. – Башка ватная какая-то.

Я налил ему стакан воды и выжал туда второй лимон.

– Выпей. Полегчает. Давно делом пора заняться. Надеюсь, то, что мы в гостях у Верховцева, ты все же не забыл? По-быстрому помой посуду и принимайся за шмон. Усек? Действуй!"

"Вернувшись в комнату, нашел Валеру на том же месте.

– Выезжай, умножай, опережай... – вяло растягивая слова, долдонил хозяин, видно, вконец зациклившись на рифмах.

Полюбовавшись на это творение рук своих, нежно похлопал клиента по кумачовым рдевшим щекам.

– Довольно, дорогой! Тебе и так уже поэты всех времен и народов люто завидуют. Одно не пойму, чего ты только одну-единственную пачку из хранилища увел?

Валера захлопал на меня глазами и по-идиотски хихикнул, обнажая прокуренные зубы.

– Я ж не дурак! Две-то под курткой сильно заметны были бы.

– Ясненько. И заодно уж – что это за смешная профессия у твоего Андрюхи? Любопытно просто.

– Дамский парикмахер он.

Я плеснул ему еще стопку.

– Выпей за его здоровье!

Уговаривать клиента не пришлось. Под паркопаном люди обычно чисто механически выполняют любые команды.

Я склонился над незадачливым воришкой. Зрачки его сильно расширились, захватив чуть не всю радужную оболочку глаз. Меня он уже не замечал. Это свидетельствовало о том, что сознание Валеры быстро продвигается по верному пути в запредельный мир счастливых иллюзий и многоцветных миражей. И, судя по лошадиной дозе, оно там благополучно загостится на месячишко, а то и вообще не захочет возвращаться в банально-скучную реальность.

Из кухни нетвердой походкой вышел Цыпа. Как сомнамбула натыкаясь на стены, принялся за обыск. Хорошо хоть перчатки натянуть не забыл. Опыт и профессионализм победили заторможенность. Скоро из разных мест были извлечены около ста тонких пластиков опия и куча одноразовых шприцов. Денег, естественно, почти не оказалось.

– Тухлый наркоша, как Ленка и думала! – подвел итог Цыпа, устало опускаясь на стул.

– С ним все ясно.

Оставив наркотики на столе, я вскрыл два принесенных с собой денежных «корешка» и присыпал ими столешницу, как листьями присыпает землю осень.

Покидая квартиру, открыл все шесть вентилей газовой плиты. Хлопнув дверью, убедился, что за нами защелкнулся замок. Полупустую бутылку «Абсолюта» спустил в мусоропровод.

Во дворе у машины сразу пресек попытку Цыпы сесть за руль.

– Сам поведу. Тебе, братишка, нынче рулить противопоказано. Отдыхай после своего идиотского обморока.

– Не знаю даже...