Братва

– А по мне, лучше пшеничной сорокоградусной и нет ничего!

– На вкус и цвет товарищей нет, – философски заметил я, вставая с кресла. – Ладушки, браток. Я прошевелю это дело и дам ответ. Надеюсь на перспективное взаимоприбыльное партнерство. Счастливо оставаться.

– Погоди, – Шатун легко выбросил свое грузное, но явно тренированное тело из объятий глубокого кресла. – Неужто ты думаешь, что я невежа и не провожу дорогого гостя хотя б до дверей?

Оказалось, что мои ребята времени зря не теряли. По-свойски рассевшись в холле за низким круглым столом, они беспечно перемешались с шатуновской братвой и со стороны смотрелись единой дружной компанией.

Уловив я моем взгляде неудовольствие, Цыпа мигом вскочил на ноги. Спросил встревоженно:

– Все путем, Михалыч?

– Все просто замечательно. Поехали.

Ясный безоблачный день был в явном диссонансе с моим настроением, поэтому я плотно задернул шторки в салоне «мерса», отгораживаясь от беззаботного оптимизма природы, и включил кондиционер.

Всю дорогу до «Кента» я хранил угрюмо-сосредоточенное молчание, не желая вводить Цыпу в курс дела в присутствии боевиков. Конечно, я им вполне доверяю, но береженого Бог бережет.

– Мне нужна подробная развернутая информация по Шатуну и его кодле, – сказал я Цыпе, когда мы, наконец, оказались вдвоем в номере гостиницы.

– Война?

– Будем надеяться, что обойдется. Но, как говорится, хочешь мира – готовься к войне.

– А в чем суть наезда? Собираются через наши «стекляшки» паленую водку толкать?

– Нет. До такой степени они еще не оборзели.

– Проституция? Каким манером?

– Шатун раскатал губешки на «Большой Урал» и клуб «У Мари». Девок из своего контингента туда внедрить собрался.

– Он что, козлина, в натуре не просекает, с кем связывается?!

– Это-то и сбивает меня с толку. Чтобы решиться нам солнышко заслонить, надо быть кретином и пуленепробиваемым одновременно. На идиота Шатун вроде не похож...

– Понял. Все разузнаю в лучшем виде.

– Когда ждать результат?

– За парочку дней просвечу их группу не хуже рентгена.

– Ладушки.

Не слишком доверяясь самоуверенному Цыпе, я звякнул, когда он ушел, старшему оперуполномоченному Инину и поручил ему то же самое задание. По противнику надо вести перекрестный огонь, как учит тактика. Надежнее. Да и сведения, полученные с двух противоположных сторон, будут значительно объективнее и точнее.

Опер, как ему и положено, оказался оперативнее Цыпы, пообещав уже вечером завтрашнего дня разработку по господину Шатунову мне предоставить.