Братва

Если и сегодня назойливая Гульнара нарисуется и будет ломать мне любовный пасьянс, я ее убью просто-напросто. Морально хотя бы.

Вика меня уже ждала, нетерпеливо прогуливаясь на хлипких деревянных мостках лодочной станции. Нынче на обитательнице «Теремка» был надет простенький штапельный халатик с восточным рисунком в виде каких-то кабалистических знаков. Но и в этом дешевом наряде она смотрелась покруче лучших наших девочек, носящих исключительно модельные платья а-ля кутюрье. Халатик даже привнес образу Вики сильно недостающий ей нюанс – она стала выглядеть доступной – в хорошем смысле слова, без грязно-пошлых наслоений.

Памятуя, что вчера мы случайно опять сбились на «выканье», я тут же взял быка за рога, чтобы оперативно снова занять первую линию обороны, и так уже добровольно оставленную симпатичным противником.

– Милая Вика, как тебе спалось? Ты, признаюсь, не выходила у меня из головы, и заснул лишь под самое утро. Легко можно догадаться, что и во сне увидел тебя. Но, щадя твою невинность, рассказывать, чем мы с тобой занимались без устали в чудном сновидении, безусловно, не стану. И не проси! Я же интеллигентный человек, а не сексуальный маньяк.

Вика, должно быть, несколько озадаченная моим словоизвержением, не сразу даже нашлась, что сказать. Но ликовал я недолго.

– Здравствуй, Женя! Я счастлива, что оставила такой крупный след в твоей душе. – Негодница улыбнулась, видно уже полностью оправившись от моей внезапной атаки и собрав воедино разбежавшиеся поначалу оборонные отряды своего насмешливого остроумия. – Надеюсь, Женя, след мой экологически чистый. Но, на всякий случай, тебе надо вывернуть душеньку наизнанку, и мы вместе внимательно поглядим, не осталось ли на ней грязных пятен.

– Ничего страшного. – Теперь уже я был вынужден лихорадочно собираться с мыслями. – Накрайняк выстираю душу в коньяке, и она станет как новенькая. Испытанный неоднократно способ.

– Фи! Так ты, оказывается, всего лишь банальный несчастный алкоголик? – Вика надула губки и брезгливо наморщила носик, выказывая полное неприятие меня как личности и мужчины.

Но глаза все же предательски ее выдавали – она еле сдерживалась, чтобы не расхохотаться.

– Ладно! – Я вынужден был первым прекратить игру, так как почувствовал себя почти загнанным в тупик.

– А ты что предложишь? Впрочем – знаю. Ты хочешь претворить свои дерзко-необузданные сновидения в жизнь! Меня не устраивает, хотя пока не посвящена в детали. Поэтому давай-ка покатаемся на лодке.

– Ну что ж, – легко согласился я. – И простенько, и со вкусом. Прямо, как твой миленький халатик. Купальник, кстати, не забыла?"

"– Естественно.