Братва

"

"Карат гнал прочь эту наглючую мыслишку, успокаивая себя тем, что у него в активе еще почти «лимон» – жалкие остатки от родительского наследства. Два года назад, после смерти отца, родная тетка продала деревянный домишко на окраине Екатеринбурга и почтовым переводом загнала ему деньги в зону на лицевой счет. Став миллионером, Карат уже смело смотрел в будущую свою жизнь по ту сторону забора. Он даже начал с интересом почитывать газетку «Коммерсант», прикидывая, куда вложит на свободе личный капитал. Но сумасшедший аллюр инфляции разорил его так же, как и всех прочих рядовых жителей страны дураков.

Почувствовав на плече чью-то тяжелую руку, Карат резко обернулся, чуть не сбив со стола кружки с пивом.

– Не суетись, братишка! Это пока всего лишь я, а не группа захвата. – Монах, усмехаясь, разглядывал опухшее лицо бывшего сокамерника. – Давно откинулся?

– Полнедели, как от Хозяина. Расслабляюсь вот. – Карат покосился на сопровождавшего Монаха рыжего верзилу.

– Упаковал, значит? А я, по наивности, помочь тебе собирался. – Монах и рыжий тип по-хозяйски расположились за столиком. – Но угощаю все же за счет нашего заведения. Ксюша!

Разбитная барменша, сверкая белыми плавками под куцым лейтенантским кителем, подплыла к ним и приняла заказ.

На столе мигом появились хрустальные рюмки, черная бутылка «Наполеона» и ваза с очищенными апельсинами.

– Давай выпьем за твое долгожданное свидание с этой непостоянной барышней – Свободой! – как всегда, излишне цветисто выразился Монах, поднимая рюмку.

– А как ты помочь мне хотел? – задал Карат волновавший его вопрос. – Материально или...

– Или, или. – Монах с удовольствием разделался с апельсином, весело поглядывая на сразу поскучневшего Карата. – Постоянную работу собирался предложить. Мне хронически не хватает проверенных кадров...

– То есть – «кожаных затылков»? Да?

– Верно. Для начала охранником, а дальше – глядим, на что ты годишься...

– Нет уж, благодарствую. На первое время бабки есть. Осмотрюсь пока. – Карат просто набивал цену, сознавая, что самому ему в этой новой рыночной действительности вряд ли удастся нормально пристроиться, не имея ни начального капитала, ни даже надежного «инструмента».

– Это к Цыпе, – кивнул Монах на рыжего детину, явно теряя интерес к разговору. – Ладушки. Мне пора. Цыпа, подбери нашему другу попроще что-нибудь. Увидимся вечером «У Мари».

Когда Монах вышел из бара, Цыпа неторопливо закурил, разглядывая сидящего напротив уголовника уже оценивающим взглядом работодателя.