4
0– А как насчет меня?"
"– Да мне, в общем-то, по фигу, – поставил Сергей точку, досадуя на себя за то, что позволил вылиться этому спору… С этими мыслями он подошел к джипу и открыл дверцу багажника. Глянул на контейнер взглядом медвежатника, словно ему предстояла кропотливая робота. В какой-то мере так оно и было. Присев на корточки, он открыл романовский кейс. Краем глаза видел удаляющиеся фигуры Хусейна и Игоря. Слышал потрескивание радиостанции – Тувинец сканировал милицейскую частоту.
Перед Марком находился контейнер, защищенный по всей поверхности против взлома или разреза. Его верх представлял собой люк для загрузки и выгрузки денег. Кроме банкнот, внутри находился двенадцатикилограммовый «мешок безопасности» с теплоперфоратором. Там же поджидали своего часа тубы с чернильной краской для прокраски и порчи банкнот, картриджи с красящим дымом, звуковая сирена. Зеленый светодиод сигнализировал о том, что сейф закрыт правильно, а система защиты включена («Все еще включена», – пронеслось в голове Марка); красный – сигнал пониженного напряжения в электросети контейнера.
Он припомнил не сухие параграфы инструкции, а слова человека, который словно озвучил их на борту самолета. «Когда спецконтейнер снимается или сдвигается с накладки под замком „ELP“, автоматически включается временной интервал, в течение которого контейнер должен быть поставлен на другую такую же накладку, установленную в одном из заранее установленных мест. В случае если временной интервал не соблюдается, – автоматически запускается процедура тревоги и порчи денег в спецконтейнере».
Из чего складывается временной интервал? Он вычисляется – с учетом конкретных местных условий и времени, необходимого для перемещения контейнера на другой или этот же защищенный замок. Он определяется заказчиком, сообщается вместе с заказом и программируется производителем перед отгрузкой.
Марк не знал интервала. Не знал, к чему отнести вызов Романа («Ты узнаешь о нем всё. На земле. А может быть, в воздухе»). Он сказал это тоном человека, к руке которого был накрепко пристегнут «ядерный чемодан». Сергей не понял бы его и в том случае, если бы был министром финансов.
Кейс был до половины забит документами, которые Марковцева интересовали меньше всего. Ему не хотелось знать имена конкретных людей и названия организаций, у которых он украл деньги. Несомненным было одно: эти бумаги имели немалую ценность. Иначе зачем прятать их в спецкейс и приковывать его цепью к курьеру?
И все же в бумаги ему заглянуть пришлось. Точнее, он ограничился плотным листком, на котором были отпечатаны, как оттиснены, несколько столбцов с цифрами.
