Группа особого резерва

Сняв защитный колпачок с иглы, он дал посмотреть на него Смаку, кожа которого на открытых участках тела вздулась пузырем. – Я сделаю тебе укол, если ты ответишь на пару вопросов. Не тяни с ответами. – Марк выдержал паузу. – Кто вам дал наводку на этот аэродром?

Он был готов услышать любое имя – только не Виктора Сеченова. Того могли раскрутить и выбить имена сообщников. Но хуже, если он сам предал товарищей.

– Этот… Тувинец, – в два приема выговорил Смак, закашлявшись и выдыхая дым.

– Как вы вышли на Тувинца?

– Он убил мента. Когда его взяли, он позвонил Верестникову…

Марк покачал головой. Перед ним был рядовой боевик. Он многое бы дал, чтобы пообщаться с глазу на глаз с самим полковником, правой рукой директора «Фирмы». Но тот нашел свою смерть в огне.

– Дальше, – поторопил он Смака.

– Когда Верестников приехал в Саранск, Тувинец сдал ваши имена и местонахождение в обмен на свободу.

– Похоже, Тувинец нашел столько свободы, сколько смог взять.

– Да. Верестников убил его.

Марк бросил шприц на землю и раздавил его ботинком. Прицелившись из ружья в грудь Смака, он сказал:

– У меня есть штука, которая вставляет лучше промедола.

И спустил курок.

Спустя минуту все трое бежали в сторону Шеки. «Укроемся у моей тещи», – всю дорогу твердил летчик. То, чего не смогли сделать его враги, сделал друг: он остался без самолета и недвижимости.

Глава 20

Испытание кровью

Москва, неделю спустяСергей Марковцев вышел из машины, обошел ее спереди, открыл дверцу и помог Кате выйти. Бросив быстрый взгляд на богатый портал, поверху которого находились камеры видеонаблюдения, он взял девушку под локоть и неспешно повел к входу в здание.

– За нами наблюдают.

– Я вижу. Скучающий вид, зевки и прочее в первую очередь вызывают у охраны подозрение.

– Я не дам тебе заскучать, – пообещал Марк."

"– Правда? – улыбнулась Катя, отчетливо представляя себя и Марковцева на экране монитора. Немного странноватая пара. Ей за двадцать пять, ему полтинник. Идут под ручку, что-то щебечут друг другу. В этом плане они демонстрировали всегда непростые, а зачастую очень интересные отношения между начальником и подчиненной. Но охрана не знает этого. «Ничего, – подумала Катя, слегка нервничая. – Скоро узнают, что один из них начальник».

На Марковцеве был плащ бежевого цвета, светлый пиджак, рубашка в мелкую клетку, широкие брюки. Такое облачение было немного старовато, но он отличался от окружающих и в то же время не бросался в глаза. Он казался моложе своих сорока девяти, подумала Катя и щедрой рукой сбросила с него, как желтые листья с крыши машины, пять… нет, шесть лет.

Внутренний двор в этот ранний час блестел от воды. В арку свободно могла въехать пожарная машина, а значит, и поливальная тоже. Только здесь было не развернуться.