2
0
* * *– Ну наконец-то!
Такими словами встретил меня офицер Ройс, когда я закончила свое гнусное дело, с особым остервенением вымыла руки и вернулась в комнату.
– Не стану спрашивать вас, адептка Райденберг, что вы делали с моим малышом столько времени, – продолжал он. – Надеюсь, вам было хорошо вместе.
– Я не…
Он меня перебил:
– Это неважно! Я тут вспомнил про похожий случай. Много лет назад, когда я был сопливым практикантом, вроде тебя, тоже мощный маг, внезапно сошедший с ума, тоже необъяснимая смерть. Я долго в этом деле копался, пока начальство не приказало закрыть его за отсутствием состава преступления. Это может быть совпадением, но… – Он вскочил: – Собирайся! Мы должны все проверить!
* * *Архивный отдел Следственного управления Ардама представлял собой весьма унылое зрелище: огромное, магически расширенное помещение, заставленное высоченными шкафами-сейфами, в которых были утрамбованы кипы дел. Учет всему этому безобразию вела пожилая демонесса, откликающаяся на имя Стелла Ардельхольдовна. Очень милая старушка, если не считать двух витиеватых рожек, торчащих из тщательно уложенной прически, и черных глаз без зрачков.
Вот уже несколько часов мы испытывали терпение пожилой дамы, перебирая талмуды «висяков» шестилетней давности.
– Речь шла об ученом, – бубнил Ройс, – мужчина с необычной фамилией. Он утверждал, что разработал формулу проклятия слепой веры по заказу какого-то толстосума. Успел передать копию своей дочери, пообещав, что скоро они разбогатеют, и пропал. Спустя несколько дней его нашли где-то за городом без сознания. Свихнулся и вскоре умер в мучениях. Как же его звали…
Его звали Арнольд Лалоу. Стелла Ардельхольдовна вспомнила горе-ученого и нашла его дело в самом дальнем закутке. Только пользы это не принесло – почти все материалы расследования загадочным образом исчезли.
– Здесь ничего нет, – озвучила я очевидное, – ни протоколов осмотра, ни показаний свидетелей. Только данные погибшего и штамп о том, что дело закрыто.
Ройс нахмурился:
– Подозрительно. Перепиши адресок последнего места жительства. Посмотрим, может, там все еще живет кто-то из родственников этого Дадлоу.
– Лалоу, – машинально поправила я.
– Без разницы. – Дроу в моем теле звонко хлопнул в ладоши и двинулся к выходу. – Идем, мой герой, спасем этот никчемный мир еще раз.
ДэймондОпределенно, мне нравилось это тело. Не то чтобы я хотел бы в нем остаться, но не любоваться им я не мог: стройные длинные ножки, упругая грудь, осиная талия… Представляю, какой спектр ощущений ждет меня, как только коснусь некоторых заветных точек, заберусь в потайные местечки этой крошки. А я заберусь…
– Кажется, здесь, – обернулся на звук собственного голоса: хрипловатого, вкрадчивого. Интересно.
