Гранит науки. Том 4 (СИ)

Собственно, я также не наблюдал своей охраны, которая мне была обещана — пропали даже пресловутые пенсионеры, что сидели в машине неподалёку от поместья. Зато появилась Имперская Гвардия. Именно гвардейцы взяли на себя обязанность по обеспечению моей безопасности.

Что ж, теперь можно говорить, что у меня конфликт с Тайной Канцелярией. Не простили мне тех неприятностей, что я им доставил, а теперь ещё моё требование к главе этой службы… Это плохо, я бы даже сказал паршиво. Но коль уж так сложилось, то так тому и быть. Этого можно было избежать будь я поскромнее и сдержаннее, но и спускать с рук главе Канцелярии его ошибки и вольности не собирался! Хочет войны? Будет ему война!"

"Зато вот с Гвардией у меня явно хорошие отношения и гвардейцы относятся ко мне благосклонно.

Ещё бы — позор Канцелярии позволил Гвардии укрепить свои позиции и слегка подвинуть своих коллег из службы плаща и кинжала. Император открыто выражает свою благосклонность Имперской Гвардии, а вот Тайная Канцелярия до сих пор в опале. А всё потому, что именно я вытащил на всеобщее обозрение полную не профессиональность оперативной этой службы.

Я, разумеется, воспользуюсь этим обстоятельством. Что-то мне подсказывает, что гвардейцы не упустят возможности макнуть в пахнущую субстанцию своих проштрафившихся коллег, а самим заработать очки репутации перед Императором. Так что нужно сделать им интересное предложение, при котором они смогут без вреда для себя подпортить репутацию Канцелярии ещё сильнее.

А пока я и сам справлюсь с тем, чтобы устроить своим новым недоброжелателям весёлую жизнь.

В обед, как и обещал Миша, приехали журналисты для того, чтобы взять у меня интервью.

Их было двое: Андрей Журавчиков и Степан Прошков. С виду вполне интеллигентные и вежливые люди. Так с ходу и не поймёшь, что они являются представителями одной из самых неуважаемых мною профессий.

Кстати, встреча с журналистами происходила в отремонтированном кабинете, который обставили по самому минимуму. Небольшой шкаф для книг, который сейчас выглядел пустовато, рабочий стол с крайне удобным креслом, ещё пара кресел для посетителей, перед ним стоит журнальный и пара стульев. Ещё есть пару растений в горшках, картина с нарисованной на ней Москвой этак пятнадцатого века и ещё какие-то нелепые доспехи, которые я планирую в ближайшее время либо выбросить, либо отдать в какой-нибудь музей бесплатно.

В скором времени вещей и предметов обстановки тут станет побольше, только дайте мне время. У меня уже имеются грандиозные планы!

— Александр Сергеевич, как же мы рады, что вы дали согласие на интервью! — Радостно произнёс Андрей.

— Михаил Безенцов убедил меня, что это интервью пойдёт на пользу моей репутации, — сказал я приглашая их присесть.