Роур всем своим видом показывал недовольство и старался лишний раз не афишировать своё присутствие. Была ли я тому причиной, или то, что его отчитал Эйден — не знаю. Попытка разговорить вредного элементаля ни к чему не привела: он попросту растворился в камине, сделавшись невидимым, и никак не реагировал. Свою позицию насчёт нежелания вставать между ними с Эйденом озвучила, а дальше пусть сам решает. В конце концов, ему не одна сотня лет — большой мальчик, перевоспитывать поздно, пытаться достучаться — бесполезно, пока сам не захочет. Мне хватило инфантильных родственников, выезжавших на моём горбу, пока я пыталась лавировать между ними, считая, что семья должна быть вместе всегда.
Эйден продолжал экспериментировать с подбором лекарств, отваров и эликсиров для моего восстановления, так что на этот раз моё возвращение к человеческому виду шло быстрее, чем после побега от «дядюшки Дерека». Первые двое суток я только то и делала, что спала и отъедалась под строгим контролем одного рыжего тирана. Во всём, что касалось моего питания, Эйден был непоколебим, разве что интересовался, что будем готовить на этот раз.
Раз или два замечала оставленный в кресле справочник по лекарскому и целительскому делу с кучей торчащих из него разноцветных закладок, поэтому сомнений в намерении Эйдена исполнить свои обещания не возникало. В конце концов, он признал свои ошибки и действительно работает над тем, чтобы их исправить.
Самостоятельно передвигаться даже по первому этажу особо не получалось, так как Эйден крутился рядом, как говорится, «на подхвате», но с этим обстоятельством пришлось смириться, хотя не люблю, когда за спиной кто-то стоит. Несколько раз ему действительно приходилось меня ловить практически у самого пола, когда случайно спотыкалась, или мышцы на ногах начинало сводить от перенапряжения из-за нагрузки.









