Графиня – служанка (СИ)

Думаете, решила разбавить серость золотистыми румяными кругляшами? Отнюдь! Я нашла гречку! Отсутствие обычной пшеничной было как нельзя кстати. Смолов на ручной мельничке нужное количество гречки и чуть-чуть серой крупы, чтобы добавить клейкости тесту, испекла гречневые блины. Руки, конечно, болели после мельнички, но это сущая ерунда по сравнению с моей маленькой местью.

С Эйденом мы столкнулись в дверях кухни. Пришлось развернуться и достать из посудного шкафа тарелки со столовыми приборами. Заглянув под крышку, которой были накрыты блины, мужчина покачал головой, но молча прошёл к сковородке.

— Похоже, что ты решила кормить меня самыми кошмарными блюдами, какие только существуют…

— Я готовлю только то, что умею. Из имеющихся продуктов. У вас всегда есть возможность нанять более умелую повариху. Кстати, всё забываю спросить, а какое жалованье вы мне назначили?

— Серебряный в месяц.

В ответ я так расхохоталась, что едва не выронила тарелку, в которую накладывала голубцы."

"— Это довольно-таки хорошее жалованье. Или считаешь, что достойна лучшего?

Вытерев выступившие на глазах слёзы, я поставила тарелку на стол:

— Я понятия не имею, сколько зарабатывает прислуга, зато хорошо умею считать убытки.

Будучи Просящей, мне подавали в день не менее двадцати медяшек, а то и все сорок-пятьдесят. В непогоду чуть меньше, а иногда и больше нижней планки…

Глава 34. Ловушки

Мои слова о том, сколько я зарабатывала, прося милостыню, весьма удивили Эйдена. Даже сказала бы, что ввели в ступор. Мне на секунду показалось, что до него стало доходить, чего он меня лишил своей эпатажной выходкой. Не только ведь воли и свободы выбора, но и существенного дохода.

За три года у Просящих я могла бы выручить достаточно денег, чтобы уехать куда-нибудь подальше и снять домик, чтобы потом спокойно устроиться помощницей в какую-нибудь лавку. За шесть лет — уже купить тот же домик с садом и небольшим огородом в каком-нибудь предместье, а пару комнат сдавать. Если бы не один рыжий самоуверенный баран, всё могло бы получиться. Тем более что в Гренхолд «вход» «дядюшке Дереку» был закрыт. Ещё и душа за деда Гонро болела, привязалась я к старику за эти месяцы. Как он там? Жив ли, здоров? Наверняка весь Гренхолд перерыл вместе с Королём и Робом в поисках меня. Если у последних был исключительно коммерческий интерес, то дед Гонро относился ко мне как к своей родной внучке, если бы таковая у него была. А мне даже весточку никак было не передать: выход из дома закрыт, окна закупорены, денег нет. Даже записку не написать и с каким-нибудь мальчишкой не передать в Тёмный город Сторнвуда. Достаточно было поставить особый знак, чтобы её передали Королю в Гренхолд.