0
0Здесь у вас может быть написано всё, что угодно в учебниках, но там, в зале суда, у вас в конечном итоге останется только два варианта. Действовать в соответствии со всеми правилами, либо же подойти к краю так близко, как только сможете.
— То есть вы сейчас что? Прямо говорите нам, чтобы мы действовали неэтично?
Повернув голову, я нашёл того, кто сказал. Алина Дьякова сидела с весьма недовольным лицом и смотрела на меня.
— Прости, Алина, я выразился как-то непонятно? — уточнил я.
От заданного вопроса она даже немного растерялась.
— Что?
— Просто ты с таким пылом перефразировала то, что я только что сказал в вопрос, что я даже не знаю, слушала ли ты меня сейчас вообще или ворон считала, — развёл я руками, садясь в своё кресло.
— Да нет, — подал голос Шарфин. — Кажется, она поняла вас абсолютно верно. Как и все присутствующие. Вы сейчас сами сказали, что нам придётся действовать самим, выбирая, как вести защиту…
— И? — спросил я. — Ты находишь в этом какие-то противоречия?
— А что? — усмехнулся он. — Решили отказаться от своих слов?
Услышав столь наглый вызов в его словах, я едва не рассмеялся.
— Побойся бога, Юра. Я от своих слов никогда не отказываюсь, — протянув руку в сумку, я достал из неё яблоко, которое утащил утром у Софии. — Другое дело, что, похоже, ты абсолютно меня не слушал.
— Да нет, отлично слушал, — заявил Шарфин. — Действуйте сами! Решайте сами! Не обращайте внимания на правила и законы. А что будет на следующей лекции? Будете учить будущих адвокатов врать в зале суда? Вы учите нас адвокатской этике, а затем сами говорите нам, что нарушать её в порядке вещей и…
— А для тебя это проблема? — перебил я его.
— Что?
Кажется, в этот момент он впервые растерялся. Впрочем, спохватился он так же быстро.
— Ты меня не расслышал? — уточнил я. — Для тебя обман в зале суда будет проблемой?
— Я не идиот для того, чтобы лгать в суде, — фыркнул он, изобразив на лице брезгливое выражение.
— Ну, Юра, в одном ты ошибся абсолютно точно, — произнёс я. — Ты всё-таки идиот.
Подняв руку, я силой опустил её вниз, отпустив яблоко. Оно с хлопком ударилось об пол и подпрыгнуло вверх, как мячик. Позволив ему взлететь на полметра над столом, я ловко его поймал и показал Шарфину.
— Видал, как умею?
Народ в аудитории удивлённо переглянулся. Кто-то даже посмотрел на меня, как на идиота.
— Что? — спросил я. — Не поняли, как я это сделал? Давайте ещё раз покажу.
И вновь я размахнулся и ударил яблоком об пол. И вновь, вместо того, чтобы шмякнуться об него, треснуть, лопнуть и деформироваться, оно, будто резиновый мячик, абсолютно целое, вновь подпрыгнуло вверх, где я его с ловкостью поймал.
По крайней мере, так это видели они, ведь нижнюю мою часть скрывал преподавательский стол.
