0
0Встречу с Русланом перенес на завтра, а то сейчас настроения общаться с кем-то кто был мне дорог вообще не было. Ещё сорвусь. Потому что ехал я, мягко говоря, крайне злой. Разговор с Александрой вышел даже близко не таким, каким я себе представлял его у себя в голове. Более того, кажется, я сделал теперь только хуже. Оставалось надеятся на то, что Виктор меня потом не прибьёт.
В общем, пришлось менять маршрут прямо на ходу и ехать к Скворцову в фирму.
— Ну что? — сказал я, заходя к нему в кабинет. — Где оно?
— На столе, — сказал Владимир, указав на уже распакованный пакет документов. — Доставили курьером час назад.
— Шустро, — хмыкнул я, садясь в кресло и подтягивая бумаги к себе. — Думал, что этот урод подождёт хотя бы до понедельника.
Внутри лежало исковое заявление, распечатанное, подписанное и со всеми необходимыми печатями.
«Уважаемый суд, в интересах моих доверителей — Жеванова Георгия Алексеевича, Смирнова Артёма Владимировича, Синицына Петра Андреевича, Гордеева Василия Ивановича и Шейкова Владимира Кириллова — настоящим заявляю следующее…»
Дальше обычный перечень вынесенных обвинений, в число коих, как я и предполагал, вошли статьи уголовного кодекса Империи об умышленном причинении тяжкого вреда здоровью, причинении вреда средней тяжести, а также настаивание на оценке действий обвиняемого как превышающих пределы необходимой самообороны.
С учётом всего выше обозначенного, характера травм и количества потерпевших Калинский и его клиенты посчитали справедливым назначение наказания в виде реального лишения свободы на срок не менее восьми лет в колонии общего режима и бла-бла-бла…
— Вот ведь мудак, — зло пробормотал я, читая документ. — Ещё и компенсацию в размере ста пятидесяти тысяч потребовали для каждого из этих клоунов.
— Обычная практика, — пожал плечами Скворцов. — Возмещение морального и физического ущерба и всё такое…
— Я в курсе.
Угу, в курсе. Только Руслан даже если продаст всё, что у него есть, вряд ли это дело покроет. Хотя за зал можно наверное выбить хорошую сумму и… так. Стоп. Не о том думаю.
Перевернув документ, взялся за следующий, чувствуя, что чего-то не хватает… А, нет. Вот и оно. В дополнение к компенсации ещё и возмещение всех расходов на лечение и адвокатские услуги потребовали.
В общем, ничего неожиданного.
— Как я и сказал, — вздохнул я, кинув документ обратно на стол. — Никаких дурацких пятнадцати лет. Это был блеф и не более того.
— Хочешь сказать, что он блефовал? — спросил меня Скворцов.
— А я сейчас что сказал? Или ты меня не слушал…
— Слушал, — мягко прервал меня Владимир. — Но, Александр, ты сказал, что уже встречался с ним. И, заметь, ты сам говорил, что он умён.
