3
0Только подбирает… Все самое нехорошее – пить, курить и гулящих женщин!
– А ты чего дома? Разве у тебя там на работе не должен быть завал, аврал? Словом, полный анал! – говорит невозмутимо.
Этого у моего мужа, Декабрина Георгия, не отнять. Он всегда такой – невозмутимый. В любой ситуации.
Я по пальцам руки могу пересчитать случаи, когда видела его тронутым, до самого сердца, полным эмоций. Броня невозмутимости слетала лишь несколько раз, и всегда – из-за меня, из-за чего-то, связанного со мной: когда предлагал мне выйти за него замуж и клялся, что завязал с криминалом, когда я наконец-то смогла забеременеть после множества неудачных попыток, когда родился наш сын – Мирон.
Наверное, стоит забыть, что Декабрин Георгий может быть другим.
Забыть и точка.
Сейчас передо мной стоит грубиян, мужлан, мудак и сволота в квадрате – именно такой, каким я его встретила впервые.
И, как тогда, ему просто насрать, что и как глубоко меня может задеть. По моему лицу слезы градом, а он прикуривает сигару и расправляет скрученные трусы.
– Хуйня, никак не расправить! – цыкает муж. – Че-то ты дерьмово шмот наглаживаешь…
Я забираю у него трусы, расправляю ткань, протягиваю супругу. Он поблагодарил меня кивком ленивым и снова спрашивает:
– Насчет работы соврала, что ли?
– Всего лишь сюрприз сделать хотела, – говорю хрипло. – Ужин приготовить.
– Борщей наварить хотела?
В последнее время мы с Георгием мало проводили время вместе. Я хотела кое-что исправить. Сегодня я хотела приготовить ужин для двоих. Договорилась, чтобы мама взяла к себе Мирошу с ночевкой.
Ужин для двоих, любимые блюда мужа – на столе, красивое эротичное белье – на мне.
Вот они, планы…
Коту под обоссаный хвост.
– Тошнит меня уже от твоих борщей!
– Позволь спросить. Ты в спальне не один? Я женский голос слышала.
– Не думала же ты, что я порнушку точу и надрачиваю тихонько? – фыркает муж.
– То есть там женщина. И вы… Вы сексом занимались! Гоша, любимый, как же так? Никогда не думала, что ты пойдешь налево! – вытираю слезы.
– Хороший левак укрепляет брак! – заявляет муж, натягивая трусы.
– Ты… Ты мне изменяешь?!
После моего вопроса дверь спальни снова распахивается, и из нее тенью выскальзывает женская фигура. Я вижу, как из нашей спальни бочком протискивается одна из моих подруг, пряча взгляд. Она в одном белье, с одеждой в руках.
Люда покраснела до самых ушей. Краской залило не только лицо, но еще и шею, и грудь."
"Стыдно? Нет! Не думаю. Скорее, это от сильного желания!
Даже не смотрит в мою сторону, гадина!
У меня в ушах звенят его похабные приказы и ее смешки в ответ. Они меня обсуждали.
