6
0
Но проснулся он лежащим на диване и укрытым пледом, а ладонь его свесившейся с края руки лежала на подставленной Волчарой голове. Мгновенно заметив, что глаза хозяина открылись, Волчара в тот же миг стала яростно бить хвостом из стороны в сторону, вздымая пыль с ковра.
— Хсяин! — утробным звуком выдала она.
Это утро показалось Шену прекрасным. Он свесился с дивана и обнял Волчару за шею. Дух явно не ожидал такого яркого проявления чувств, ее хвост замер, вытянувшись вверх.
Потрепав Волчару по холке, Шен бодро подскочил и метнулся в свою башню.
То, что Муана в замке уже не было, было только на руку. Шену хотелось, чтобы первым, что он произнесет, обращаясь к прославленному мечнику в этот день, было поздравление, а он еще не подготовился. Из-за этих соображений он не стал связываться с ним мысленно и уточнять, где тот находится.
В своих покоях он наскоро привел себя в надлежащий статусу вид и даже потратил некоторое время и усилия, дабы заколоть волосы заколкой с красными камнями и бубенчиками (Муан снова вернул ее, выразив надежду, что «на этот раз не потеряешь»). Его волосы по какой-то причине были на локоть длиннее своей стандартной длины, но у Шена было такое приподнятое настроение, что он даже не разозлился по этому поводу, как не разозлился и тогда, когда расчесывал их.
Встав перед зеркалом и осознав, что теперь выглядит совсем как прекрасный бессмертный заклинатель, он удовлетворенно кивнул своему отражению и перевел взгляд на угол комнаты. В том углу скромно притулился обмотанный парчой и запечатанный сверху талисманами меч «Рушащий величие». Шен собирался хранить его до той поры, пока главный герой не войдет в свою полную силу и не будет способен совладать с ним, но…
Теперь он сам — главный герой. Так с чего бы ему отказываться от такого подспорья в борьбе с Демнамеласом и отдавать его Алу?
Шен подошел к мечу и стал срывать талисманы. Было немного волнительно: вдруг его силы все же не хватит, чтобы совладать с ним?
Он сорвал последний талисман, развернул ткань и уставился на меч в резных ножнах, а затем потянулся и сжал его рукоять.
Ничего не произошло.
В прошлый раз, когда он пытался удержать в руках этот меч, даже его кожа потрескалась от ужасающей энергетики оружия. Сейчас он не чувствовал ничего, разве что слабое, приятное покалывание под ладонью.
— А это точно тот меч? — вслух спросил Шен, выпрямляя руку с мечом. — На вид — тот.
Он сжал ножны другой рукой и резко обнажил меч.
— А он удобнее «Смертельного лакомства»…
Шен немного смутился, словно бы этим признанием предает свой меч, верой и правдой служивший ему все это время. Вот уж несносная способность привязываться к вещам сильнее, чем к людям!"
"Но, «Смертельного лакомства» все равно не было рядом.
