6
0
— Прочитаешь несколько книжек о любви, что я тебе дам.
— Эти девчачьи штучки? — фыркнул Ал.
— Прочитаешь, не отвлекаясь, — наставительно подчеркнула Аннис.
— Договорились, — смирился Ал. — Так какой план?
— Чтобы учитель принял нас обратно, нужно сделать нечто выдающееся… — произнесла девушка и задумалась.
Ал молча ожидал, пока она обдумает свои идеи.
— Ты же тоже хочешь спасти Риту? — неожиданно спросила она.
— Конечно, — немного растерянно подтвердил Ал.
— Давай повторим тот ритуал. Печать все еще нарисована. Все получится, если ты займешь место Риту. Она говорила, что эта печать исполняет желания. Если на сей раз никто нам не помешает — мы сможем вернуть ее.
Подол его одежды промок, сапоги полностью вымокли и были заляпаны грязью. Настал тот момент, когда Шен порадовался, что до сих пор не переоделся в свои одежды (не до того было) и ходит в просоленном морской водой белоснежном (когда-то) костюме. Если раньше он сомневался, не постирать ли его, то теперь точно на мусор.
Уже стемнело окончательно. Дождь все не прекращался, а Ала не было видно. То, что они с Аннис несколько часов назад пробегали по этой дороге — было так себе ориентиром для поисков. Вздохнув, Шен присел на лавочку, только потом сообразив, что она мокрая.
Дождь барабанил по листве и бамбуковому зонтику.
Ал шел по темной дороге, размышляя над предложением Аннис. Сама девушка вернулась на пик Персикового цветка, а Ал намеревался проверить, не выкинули ли его вещи с общежития пика Таящегося ветра. Если за ним до сих пор числится та койка — это было как бы условным подтверждением того, что ему официально разрешено остаться в ордене. Правда, могло так статься, что Шен просто не успел сообщить главе ордена об изгнании своего бывшего ученика. Расслабляться в любом случае было бы самонадеянно.
Ала привлекло белое пятно у дороги. Присмотревшись, он сообразил, что это человек сидит на лавочке под зонтиком. Причем сидит в кромешной темноте, что странно. На всякий случай Ал проверил меч Тихого рассвета, притороченный за спиной.
Зонтик чуть приподнялся, человек на лавочке определенно взглянул в сторону Ала.
— Ал, — произнес знакомый голос.
Сердце бывшего ученика замерло, а затем ускоренно застучало.
— В-вы… что вы здесь делаете?
— Жду тебя.
Ал почувствовал, что мятущееся сердце подскочило куда-то к горлу и мешает дышать.
— З-зачем? — с трудом смог выдавить он.
— Я беспокоился о том, что сгоряча ты можешь покинуть орден.
К сожалению, Ал с трудом мог различать в темноте его лицо, что уж говорить о выражении этого лица. Оставалось ориентироваться лишь на смысл слов и тон голоса.
— Я… не собирался этого делать.
Какое-то время Шен молчал.
— Тем лучше, — наконец, произнес он.
Воцарилось молчание.
