6
0— Наверное, следует поговорить с ним прямо сейчас, — с сомнением произнес он.
Старейшина пика Славы поднял на того взгляд. Его лицо выражало немой вопрос.
— Он сказал мне, что знает, кто я такой. Что я вовсе не учитель Шен, а человек из другого мира, занявший чужое тело. Вся его речь звучала довольно претенциозно, и сгоряча я сказал, что больше никогда не назову себя его учителем.
Муан, дернувшийся при первой фразе, к концу речи Шена заметно успокоился и даже улыбнулся кончиком губ.
— Тогда что не так? Беспокоишься, что он разболтает? Как этому мальчишке вообще удалось узнать?
Шен покачал головой.
— Дело не в этом…
— Только не говори, что думаешь, что был слишком резок!
— Нет… То есть… Меня беспокоит кое-что другое.
— Если заботишься о его репутации, можешь попросить старейшину Рита принять его, или старейшину Лева. Не обязательно возвращать его на пик Таящегося ветра.
— Это я также понимаю.
— Тогда в чем твои сомнения?
— Я не должен был так легко отказываться от него.
Муан уставился на хозяина Проклятого пика, очевидно не понимая, что здесь неправильного.
— Приняв его в качестве своего ученика, я возложил на себя определенную ответственность. К тому же, у Ала было тяжелое детство и недостаток родительского внимания, и учитель для него — больше чем просто учитель. Теперь Ал взбунтовался и повел себя не так, как подобает прилежному ученику. И я просто отказался от него. Это как-то неправильно. Конечно, гораздо проще будет выгнать его и забыть о проблемах, связанных с ним. Однако разве не похоже это на простое бегство от ответственности? Ал ведь не вещь, которую можно выбросить, если стала неудобной. Я давал ему обещания. Все это гораздо сложнее принципа «мне не нравится, каким ты стал, поэтому уходи». Та ответственность, которую я взял…
— Шен, прекрати говорить, — перебил его Муан.
Тот удивленно посмотрел на него.
— Я понял, что ты имеешь в виду еще в середине этой речи.
— О, — протянул Шен немного смущенно. — Я просто пытался выразить, в чем именно заключаются мои сомнения. Точнее, сомнений больше нет. Это моя ответственность, и мне нужно придумать, как урегулировать ситуацию. Просто отмахнуться от него, словно он ничего для меня не значит, я не могу.
— Ты верно сказал: ты его учитель, — весомо произнес Муан. — Учитель, а не отец. Хотя даже родные отцы могут поступать жестоко и отказываться от своих детей. В каком мире ты жил? Там на самом деле так уважают детей? В принципе так уважают чувства простых людей? Или дело в тебе? Может, ты не осознаешь, но учителя в нашем ордене изгоняют учеников и за меньшие провинности. Твой Ал на самом деле слишком многое себе позволяет.
Шен молчал, переваривая его слова."
"— Пусть так, — наконец, произнес он. — Дело не в том, что здесь так не принято.
