6
0Так как улыбки на лице (или на затылке) старейшины Шена он так не увидел, через минуту Ер возмущенно воскликнул:
— Ты свихнулся!
— Ты повторяешься, — не оборачивая головы, отозвался Шен.
— Нужно вдумчиво поразмыслить! Составить адекватный план!..
Шен оборвал его:
— Ну вот ты «вдумчиво поразмысли», как самый продуманный в нашем отряде, а я не буду тебя отвлекать. Сообщи, как закончишь.
Какое-то время Ер был искренне тронут, что его интеллект признали по достоинству, затем стал подозревать, что Шен просто добивался того, чтобы он замолчал, уязвился до глубины души, надулся, перекрестил руки на груди и принялся громко сопеть, выражая возмущение.
Какое-то время так и шли под сопящий аккомпанемент, а затем Шен резко остановился и придержал за руку Муана.
— Что? — тихо произнес тот.
Шен, продолжая напряженно вглядываться во тьму впереди, закусил губу и покачал головой.
«Шум», — мысленно произнес он.
Муан вслушался, но ничего не услышал, о чем незамедлительно сообщил. Ер же все еще дулся, иначе бы непременно спросил, почему остановились."
"«На что похож этот шум?» — уточнил Муан.
«Вопли? — неуверенно отозвался Шен. — Вой».
Он сделал шаг вперед. Муан медленно обнажил меч. В отсветах огня на ладони казалось, тот излучает слабое свечение.
Ер перестал изображать обиженного жизнью, судьбой и вселенной недооцененного автора и настороженно выглянул из-за спины Муана. Затем, развернувшись, бравым шепотом произнес:
— Девушки, будьте за мной! Я не дам вас в обиду.
Лиса расплылась в хищной улыбке, которую Ер посчитал кокетливой, а Сун Тян сделала вид, что не услышала.
Все вместе они прошли вперед еще десять шагов. Шен остановился. Из-за давления чужого страха, боли и печали, которое он чувствовал, к горлу подбиралась тошнота. Свет на ладони осветил стены, и заклинатели увидели, что те от пола до потолка и вперед, куда доставал свет, были обвешаны белыми человеческими масками. Все ряды тянулись одинаковыми прямыми линиями, лишь передний не был закончен.
Ер выглянул из-за плеча Шена, затем обошел его и смело направился к маскам.
— Я уже видел подобное, — заявил он, наконец-то чувствуя свое превосходство. — Это посмертные маски. Нечего пугаться…
С этими словами он потянулся к крайней маске, чтобы снять ее со стены.
— Нет! — крикнул Шен, потому что уже заметил кровавый след, тянущийся от маски вниз по стене, но было поздно.
Ер снял маску. На него со стены уставилось обезображенное отрубленное лицо, прибитое к стене толстыми гвоздями.
Несколько секунд Ер завороженно глядел на это лицо, затем аккуратно вернул маску на место, отошел за спины Шена и Муана и там затих.
— Бедняжка, — произнесла лисица, внимательно рассматривая лицо Ера с выпученным остановившимся взглядом.
