7
0И он боялся, что еще одной такой попытки просто не выдержит.
Муан не поможет. Что он может сделать против этой не поддающейся контролю силы? Что, если его зацепит этой мерцающей тьмой?
— Не бойся.
Его руку мягко накрыла прохладная ладонь. Шен уставился на эту чужую ладонь, словно не совсем осознавая, откуда она могла здесь взяться. На его коже все еще плясала мерцающая тьма, но Муан спокойно дотрагивался, не чувствуя боли и сопротивления.
Он взял его руки в свои и помог вновь усесться в позу для медитации. Муан расположил руки так, чтобы ладони Шена лежали сверху. Левая ладонь прославленного мечника была прохладной и гладкой, а на правой все еще бугрились заживающие шрамы.
— Смотри на меня. Направляй свою энергию… через меня. Как тогда, когда зажег огонь на моей ладони. Направляй свободный поток, не пытаясь сдерживать его и усмирить. Просто попытайся почувствовать его течение.
— Н-но… — «Если не сдерживаться, что, если энергия вырвется на свободу? Сметет этот холл или вообще весь черный замок? Или поглотит меня? Поглотит нас?»
— Доверься мне, — мягко и убежденно произнес Муан. — Ты сам попросил моей помощи. И я знаю, что делаю.
Шен все еще не был до конца убежден, но боль подстегивала перестать сомневаться. Он медленно выдохнул, постаравшись справиться с подступающей паникой, и перевел взгляд со своих ладоней, лежащих на ладонях Муана, на его лицо. Тот подбадривающе улыбался. Было так трудно поверить, что этот человек, обычно концентрирующийся на пути меча, вообще в курсе, что делать. Парадокс заключался в том, что Муан на самом деле выглядел уверенно. И без связи Шен не мог понять, пустая бравада это или обоснованное чувство.
— Довериться… тебе… — тихо произнес Шен.
Энергия потекла по его меридианам, больше не сдерживаемая сильной волей. Словно плотину, наконец, открыли, и все пересыхающие русла наполнились живительной силой. Два заклинателя сидели напротив друг друга, соединив руки. Мерцающая энергия тьмы сливалась с золотым сиянием. Цикличным потоком энергия проходила через них, с каждым разом избавляя от мусора и всего напускного.
Боль из тела Шена исчезла, и ее место постепенно занял восторг. Шен смотрел на Муана, который всегда был очень красивым как для мужчины, но сейчас, в этот самый момент, он казался по-особенному прекрасным. Шен даже не мог понять, что именно в нем изменилось, он же не стал красивее, ни одна черта его лица не изменилась, и все же он казался сейчас самым прекрасным созданием во вселенной.
Глядя на него сейчас, Шен осознал, что невозможно любить человека сильнее. И то, что он чувствовал сейчас, не было страстью или одержимостью. Это гораздо более глубокое чувство. И гораздо более теплое. Он не сгорал в нем. Он всю жизнь мог наслаждаться этим теплом.
