7
0
— Куда же ты влезла, девочка? И куда смотрел этот чурбан семидесятилетний! Неужели не видел, что родственнички ждут и видят, как бы землю себе пригреть? И ведь тупые, как есть тупые, в мире какая-то хрень с тенями творится, а они мага сильного убили.
В голову пришли слова Джулиана, что в деревне было много теней. Откуда он это узнал?.. Ладно, страж сказал, но Джулиан сказал это совсем по-другому, он явно знал, что будут тени и что герцог попадет в ловушку обессиленный после мерзкого зелья, которое должна была дать Альрина.
Вот и всё! Закончился твой второй брак, Иришка, зря только к Имаре ревновала. Эх! Обе мы остались без мужика…
Так, не время страдать, нужно думать, что делать. Надеяться, что Алан выжил, это, конечно, хорошо, но если не выжил? Эти клуши уже прискакали меня из комнаты выкидывать, а если тело привезут, так вообще на конюшни отправят.
Скоро пришла Мали, я не заметила, что уже вечер, так погрузилась в свои мысли. Девушка принесла мне поднос с едой.
— Я подумала, что вам нужно подкрепиться, госпожа Альрина, — сказала девушка, — горе вымывает силы. Мы все молимся Павшим, чтобы наш господин нашёлся.
— Я тоже молюсь, — кивнула служанке, и я не лгала.
Всем будет хорошо, если Алан выживет. Я ему расскажу, что я не Альрина, если они знают о других мирах, значит… Я нахмурилась, вот же я дурында! Из другого мира пришли тени, что он сделает, если узнает, что я из другого мира? Естественно, подумает, что я такое же нехорошее создание.
Я чуть бульоном не поперхнулась от своей мысли, а это значит… Я посмотрела на свой сундук. Валить нужно из этого места, пока меня не приговорили к смерти. Пока Джулиан считает, что я его дурочка Альрина, которая явно была в него влюблена, он меня не тронет, а вот потом, когда натешит свое самолюбие и страсть…
Куда ни кинься, везде мелькал северный зверёк — песец.
День закончился, и, чтобы спать спокойно, я закрылась на замок, ещё и кресло подвинула к двери. Это, конечно, не остановит мужчину, но будем надеятьяс, что Джулиан понял: нужно вести себя осмотрительнее, в замке много слуг и не всем по нраву, что он может стать герцогом.
Заснула я на удивление очень быстро. И снилось мне… А не буду я об этом непотребстве думать… Или буду? Если он мне снился, может, не умер, может, раненый где-то лежал.
Тянуло сердце-то, хоть и не видела я этого старичка маразматического, но всё же не чужие люди теперь. Всю ночь любились, словно сон и не сон это, как наяву всё происходило, но я хочу слово сказать – не могу, хочу видеть его, не могу. Я с утра даже дверь проверила, нет, закрыто и креслом подпёрто. Нужно отодвинуть, а то Мали панику поднимет."
"В общем, сладкая ночь у меня была, такая, о которой можно вспоминать ещё долго. Я вздохнула.
