4
0Трубка выпала у него изо рта, он дрожал с головы до ног, производя руками странные движения, как будто хотел оттолкнуть что-то от себя, от чего-то защититься; потом он отбежал на несколько шагов в сторону, и там его начало страшно рвать.
– Что… что это?! – истерически завизжала Мара.
Суперинтендант быстро подошел к упавшему предмету, который как ни в чем не бывало лежал теперь на траве, взял его за волосы и поднял в воздух перед глазами собравшихся. Это была отсеченная и полуразложившаяся человеческая голова.
– Кто-нибудь узнаёт этого человека? – спросил Блаунт совершенно обыденным, ровным тоном, как может спросить дежурный в бюро находок.
Все молчали. Затем Лайонел Ситон произнес так же спокойно и даже задумчиво:
– Да, сохранился он не слишком хорошо, но он очень похож на тебя, отец.
– Нет!!! Непохож, непохож, непохож! – Голос Мары Торренс перешел в невыносимый режущий ухо вой.
Миссис Ситон повернулась, шагнула к ней и закатила ей пару увесистых пощечин. Мара немедленно умолкла. Тогда Джанет неловко обняла девушку, которая глухо, почти беззвучно рыдала и никак не могла найти в себе силы справиться с истерикой.
Роберт Ситон подошел вплотную к суперинтенданту Блаунту.
– Это невозможно. Этого не может быть. Это невозможно, – снова и снова бормотал он, не в силах остановиться.
– Чего именно не может быть, сэр?
– Это же мой брат. Мой брат Освальд!
– Но он же умер, отец, – сказал Лайонел. – Я хочу сказать…
– Да, теперь уж он наверняка умер, ничего не скажешь.
Тут раздался голос сержанта Бауэра:
– Прошу прощения, сэр. Сумка выскользнула у меня из рук. Она зацепилась за сук, и голова выкатилась из нее, прежде чем я смог…
– Ладно, ничего, Бауэр. Она все равно уже была сильно испорчена.
И Блаунт задумчиво посмотрел на это кошмарное лицо. Гниение зашло уже довольно далеко, к тому же голову сильно поклевали птицы, проделавшие в ней сквозные зияющие дыры; вместо шеи с нижней челюсти грязной бесформенной тряпкой свисала какая-то мешанина из ошметков мяса и лоскутов кожи; с левой стороны можно еще было различить следы резаной раны, которая начиналась от левого уха и тянулась до основания подбородка.
Суперинтендант снова повернулся к Роберту Ситону:
– Простите, нельзя ли попросить у вас оберточной бумаги? И хорошо бы еще шляпную коробку, если только у вас в доме водятся такие вещи.
Страшная тайна Джанет Ситон
– Итак, мы имеем еще одну причину, по которой ему могли отрезать голову, – заметил Найджел.
– Чтобы скрыть, как он был убит? Гм… Что-то я не вижу, как это нам может помочь.
– Как это – не видите? – удивился Найджел. – Легче будет искать орудие убийства.
– Да ну, это можно было сделать любым острым предметом. Думаю, рана нам мало что даст. Очень уж много времени прошло.
– Может, и так.
