4
0Так вот, очень прошу вас, чтобы ваше естественное желание оградить Мару Торренс с ее тайной не выглядело так, будто вы стремитесь уклониться от правдивых показаний относительно того, что случилось совсем недавно, а не в более отдаленном прошлом.
– Вы имеете в виду убийство? Полиция может располагать всем, что мне известно, – если только мне кто-нибудь объяснит, что же все-таки мне известно. Я хочу сказать, что мне известно относительно преступления, – решительно заявил Роберт Ситон, глядя прямо в глаза Найджелу.
– Хорошо. Ну, я пойду, помою руки перед ужином.
Через несколько минут, когда Найджел причесывался, напевая себе под нос хриплым баритоном какую-то немыслимую песенку, дверь его комнаты отворилась и голос Ванессы произнес:
– Я услышала, как вы поете. Можно войти? Я не знала, что вы здесь.
– Да?
– То есть, понимаете, это же не комната для гостей. Та с другой стороны коридора.
– Ее окна выходят во двор?
– Да. – Ванесса с видом исследователя прошлась по комнате, потрогала щетки Найджела, понюхала его крем для бритья, мыло. Было видно, что ее распирает от желания что-то сказать и она собирается с силами. – Фу, до чего же у вас душно, неужели вы этого не замечаете? Может, открыть окно? Спать с закрытым окном очень вредно для здоровья. Наш лейтенант – вы знаете, она командует скаутами, я же вам о ней рассказывала, – так вот она делает зарядку перед открытым окном, и летом и зимой, и при этом каждое-прекаждое утро. Она говорит, что так должны поступать все девочки и это самый лучший способ подготовиться к здоровому материнству. – Ванесса томно взглянула на него. – Между прочим, у вас нет, случайно, фарфоровой собачки, которая вам совершенно не нужна? Может быть, есть?
– Ты их собираешь?
– Да. Хотите посмотреть мою коллекцию? Я начала собирать с января. Фелисити, это моя самая лучшая подруга, так она собирает скрабов, египетских скрабов.
– Что? А, скарабеев. Жуков-скарабеев.
– Ага. Я и сама их боюсь. Я хочу сказать, что они могут быть заговорены, на них может быть проклятие. Ну что вы так долго? Сколько же времени вы, мужчины, тратите на завязывание галстуков и все эти ваши финтифлюшки!
Схватив его за руку, она потянула его из комнаты и дальше по коридору. В конце коридора она остановилась у двери, вынула ключи из своего крошечного ридикюля и отперла дверь.
– Видите? Разве это не настоящее богатство? Смотрите, какие они чудесные! – на одном дыхании произнесла она и подошла к каминной полке, всем своим видом показывая, как она гордится своим сокровищем и какое чувство собственника сейчас испытывает.
Найджел внимательно посмотрел на выставленных на полке фарфоровых собачек.
– Больше всего мне нравится вот эта, – сказал он.
