Гнев ангелов

 – Я ухмыляюсь, потому что мягкий тон Люцифера подсказывает мне, что он не пытается меня оскорбить. Он улыбается мне в ответ. В моем животе разгорается какое-то теплое чувство.

– Большое спасибо.

– Не за что. Я на тебя целое состояние поставил. Если бы Рафаэль избил тебя, ты, возможно, не смогла бы пройти даже первое испытание.

Я попыталась придумать какое-нибудь ехидное замечание про Сариэль, но меня не интересует то, чем они там вдвоем занимаются.

– Конечно, – говорю я вместо этого. – Невредимая я ценнее.

– Я бы не позволил им причинить тебе боль. – Люцифер протягивает руку ко мне и осторожно убирает прядь с моего лица за ухо.

Его пальцы тепло скользят по моей щеке. Его грубая кожа касается моей мягкой. Прикосновение Люцифера легкое и нежное. У меня во рту пересохло от того, что он так близко. Его лицо находится в паре сантиметров от моего, и я заставляю себя смотреть ему в глаза и противостоять его внимательному взгляду.

– Какие ключи еще отсутствуют? – тихо спрашиваю я слегка дрожащим голосом, но на самом деле не ожидаю ответа. Я хочу, чтобы он продолжал прикасаться ко мне.

– Ключ постоянства, мужества и жертвенности.

 – Люцифер убирает руку.

– Если ты думаешь, что я – ключ мужества, мне придется разочаровать тебя, – говорю я. – Я храбрая лишь тогда, когда речь идет о моей жизни или жизни людей, которых я люблю.

– Например, Алессио? – спрашивает он. – Ты бы отдала за него свою жизнь?

– Не задумываясь.

Архангел так пристально меня рассматривает, словно я какая-то загадка, которую он хотел бы разгадать.

– Я так и думал. – Люцифер делает шаг назад, и я снова получаю возможность дышать. – Мне бы хотелось, чтобы ты чаще думала о себе.

– Ты говоришь загадками. Как такое возможно, когда моя семья в опасности?

Он отворачивается от меня и смотрит на воду.

– Иногда бывают такие моменты, когда я думаю, что лучше бы я не уговаривал Еву вкусить плод древа познания.

Такая быстрая смена темы сбивает меня с толку.

– Почему ты вообще это сделал?

Люцифер пожимает плечами:

– Потому что мне было ее жаль. Я не мог наблюдать за тем, во что ее превращает Адам. Правда, сегодня я уже не уверен в том, что мои мотивы были такими самоотверженными. Возможно, я просто был зол на Адама за то, что он сделал с Лилит.

Она этого не заслуживала, но Рафаэль и Михаэль внушили ему, что отец сделал жену из его ребра, и поэтому она должна ему подчиняться. Этот идиот, конечно же, поверил в этот бред. И когда Лилит попросила его присоединиться ко мне, он выбрал путь наименьшего сопротивления и выгнал ее.

– Но ты не заставлял Еву срывать яблоко?

– Мне и не пришлось этого делать. Конечно, Ева была не такой, как Лилит, которая открыто встала на нашу сторону: у нее никогда не было воли, и она хотела освободиться.