Гнев ангелов

– Почему это? Чтобы ты продолжал видеться с Наамой? – Я знаю, что это несправедливо по отношению к нему, но не могу забрать свои слова назад. Я лишь надеюсь, что это звучит не слишком укоризненно.

– Нет, просто я встретил Кассиэля, и он тобой интересовался. Не нравится мне это.

– И что ты ему сказал? – Я рассматриваю свои ногти.

– Правду. Что ты чуть не умерла, но твои раны уже затянулись. Он сказал, что позаботится о том, чтобы Люцифер больше никогда не причинил тебе боль. Он выглядел очень обеспокоенным.

Я смеюсь от изумления.

– Чтобы Люцифер больше никогда не причинил мне боль? Он серьезно?

– Он явно заблуждается, думая, что в том, что тебя заперли в темнице, виноват Люцифер.

Я не могу поверить в это."

"– Это же он нашептал Михаэлю на ухо то, что я ключ. Если бы Кассиэль не сказал этого, Люцифер бы на меня и внимания не обратил.

– Он попросил передать, что ему очень жаль.

– Я тоже о многом сожалею, – выдавливаю я. – Мне жаль, что я вообще спасла его из собора. Мне жаль, что я выходила его. А больше всего мне жаль, что я его поцеловала!

Дверь открывается, и Люцифер заходит в комнату.

– Какие-то проблемы? – Он смотрит то на меня, то на Алессио. – Ты кричишь на весь дворец.

– Вот и повелитель тьмы пожаловал! – ругаюсь я. – Насколько я знаю, дата первого испытания ключей назначена. Когда ты собирался рассказать мне об этом?

Вот и все. Мне надо будет участвовать в испытании, и пути назад больше нет.

Глаза Люцифера темнеют.

– Я не знал, что должен перед тобой отчитываться. Почему тебя так беспокоит эта дата? Как будто у тебя есть выбор, идти туда или нет.

От такого высокомерия я начинаю задыхаться.

– Девушки разве не должны быть распределены по небесным дворам до испытания?

– Тебе что, у меня здесь не нравится? – Он подходит к нам.

– Свободы?! – Я срываюсь на крик. – Как будто ты вообще знаешь, что такое свобода! Ты думаешь, что дворец для меня просто райское место? Думаешь, что мое настроение можно поднять какими-то вкусностями, при виде которых я забываю, почему я здесь? В этой клетке я чувствую себя не лучше, чем человек, погребенный заживо.

Люцифер замирает на мгновение, и я слышу, как Алессио резко втягивает в себя воздух.

– Мун, – шепчет он, пораженный сказанным, но я слишком расстроена, чтобы забирать свои слова назад.

– Золотая клетка – это все еще клетка.

Может быть, я к нему несправедлива, но паника уже охватила меня целиком и полностью. Я не знаю, что меня ждет. Ангелы не позволяют мне тренироваться с оружием, и я еще никогда не чувствовала себя такой беззащитной, как сейчас. Именно поэтому я вымещаю свою злость на Люцифере.