Гнев ангелов

Так часто, как это только возможно, я прячусь в своей комнате. Люцифер никогда не говорит со мной, когда я в салоне, и мне кажется, что ему неприятно мое присутствие. Но я ключ, и он не может просто выгнать меня отсюда. Я, по крайней мере, пытаюсь сохранять нормальные отношения со Стар. Она ничего не знает о нашем совместном с Люцифером прошлом, да и если я расскажу ей об этом, это ничего не изменит. Это ведь были всего несколько ночей, поцелуев и прикосновений. Мы не можем ничего поделать с тем, что неизбежно влюбляемся, пытаюсь я себя уговорить. Но мне не удается.

Какая-то часть меня в ужасе от эгоизма моей сестры. Я бы отдала за нее свою жизнь даже сегодня, а она увела у меня мужчину, которому я подарила свое сердце. Я ненавижу себя за свою ревность, но ничего не могу с этим поделать. Всю свою силу я направляю на то, чтобы не позволить другим заметить того, как сильно меня ранили, но я не знаю, работает ли это.

К счастью, они не целуются на публике. Люцифер очень редко к ней прикасается. Однако мне кажется, что они не делают этого не из уважения ко мне. Я не такая наивная, чтобы верить в это.

Сегодня ночью я больше не могу сидеть в своей комнате. Вечером последователи Люцифера сидели в салоне, общались, играли и смеялись. А потом они улетели на бал в третий небесный двор. Стар выглядела очень красивой, когда пришла ко мне попрощаться. Люцифер ни разу не брал меня с собой в небесный двор; никто и не спрашивал меня о том, хочу ли я вообще туда отправиться. Они не исключают меня из своего общества, но день ото дня я чувствую себя здесь все более неловко. Я уже почти мечтаю о том, чтобы ангелы как можно скорее нашли последнюю девушку и чтобы все это уже оказалось позади.

Как только Люцифер поймет, что я обманула его, он так или иначе будет меня ненавидеть. У меня было достаточно времени на размышления, и мне кажется, что его план сорвется, если я не смогу выговорить эти магические слова. То же самое произойдет и с планом других архангелов. Ворота не откроются, семь чаш гнева не прольются, а Люцифер не сможет получить свою четверть населения планеты.

Они убьют меня, но для меня смерть будет освобождением от вечной борьбы. Я так ужасно устала, что с радостью бы проводила каждый день в кровати, но Лилит и Наама не позволяют мне этого.

Они заставляют меня есть и пить, хотя даже самые вкусные блюда для меня на вкус как бумага. Я с трудом засовываю в себя эту еду.

Когда снаружи становится совсем тихо, я заворачиваюсь в темную накидку Люцифера, которая все еще висит в моем шкафу. Мягкая ткань сама по себе никак не утешает меня. Она просто темная, а я хочу спрятаться. Я не могу больше оставаться здесь, потому что ненавижу чувствовать себя такой беспомощной.