Гнев ангелов

– Но сначала я должен осмотреть твои раны, – говорит Алессио.

Мы молчим, пока он обрабатывает мои ссадины на голове и рану на предплечье. Слизь демона немного обожгла кожу, и мои руки снова пострадали. Алессио заново перевязывает мои ладони.

– Я принесу тебе чай и сразу же вернусь.

Когда он покидает комнату, заходит Лилит. Ее глаза все еще красные. Она сначала молча помогает Нааме одеть меня, а затем расчесывает мои спутанные волосы. Я сопротивляюсь, потому что могу сделать это и сама, но этих двоих просто так не прогнать.

Затем я забираюсь в свою кровать и, когда я уже засыпаю, я слышу шум за дверью.

– Нет, я тебя к ней не пущу, – раздается голос Сэма. – Ей нужно отдохнуть.

– Ты не смеешь запрещать мне навещать ее, – кажется, это Люцифер, но этого не может быть, потому что сейчас он должен плескаться в ароматной ванне с Сариэль.

– Еще как смею, – говорит Сэм. – Мы с тобой можем даже подраться, я как раз не против, потому что очень зол на тебя.

Что-то стукает по двери.

– Дай Мун отдохнуть, – слышу я голос Алессио. – После этого ты можешь с ней поговорить. Она все равно не сможет от тебя убежать.

За этой фразой следует опасное рычание.

– Вы кто вообще такие? Ее личные охранники?

– Я ее врач, – говорит не особенно впечатленный таким выпадом Алессио, – и я запрещаю тебе ее беспокоить.

Наама, сидящая на краю кровать, вскакивает на ноги и подходит к двери.

– Только посмей хотя бы пальцем его тронуть! – слышу я ее шипение.

– Вы что, все с ума сошли? – рычит злой близнец Люцифера.

– Тихо, – одновременно шипят Алессио и Наама.

– Она устала, и, если ты хочешь, чтобы она справилась с последним испытанием, лучше оставь ее в покое, – требует Алессио.

– Что ты тут вообще делаешь? – вызывающе спрашивает Наама.

– Идите вы в пекло! – кричит Люцифер. – Почему я вообще всем этим занимаюсь?

– Вот и я задаюсь этим вопросом, – отвечает Сэм, и тогда дверь в комнату закрывается, а голоса отдаляются.

– Вот твой чай, – говорит Алессио, ставя чашку рядом с моей кроватью. После того, как выпьешь его, засыпай.

– Он рассказал мне обо всем, – шепчет Сариэль. – Он сказал мне, что сделает меня своей королевой, когда сядет на трон отца."

"– Он не посмеет. – Рафаэль опускается на колени перед ее креслом.

– Ты думаешь, я бы стала тебе лгать, Раф? – Она взъерошивает его волосы. – Я подумала, что ты хотел бы об этом знать. Как ты думаешь, что Люцифер сделает со своими братьями, если его план сработает? Ты думаешь, он оставит вам ваши небесные дворы? Он вас уничтожит, – ее лицо кривится от ненависти. – Ты говорил, что любишь меня, а теперь обвиняешь во лжи?

Рафаэль кивает. Взгляд, которым он смотрит на Сариэль, полон желания.