Гнев ангелов

Повязки слетели с моих рук, и я, кашляя, опираюсь на предплечья. Ангелы покинули трибуны и окружили нас. Алисия дрожит, сидя на краю камня, а Донна стоит рядом с ней с каменным лицом. Когда мой рвотный рефлекс проходит, я убираю волосы с лица и смотрю на ангелов. На их лицах написано отвращение. Наверняка мы выглядим жутко: в крови, слизи, грязи и воняем гнилью. Рафаэль и Михаэль смотрят на нас с усмешкой. Кошелек переходит из одних рук в другие, потому что эти мерзавцы на нас спорили. Лилит прикрывает рот рукой, у нее на глазах блестят слезы. Кассиэль побледнел.

Сариэль прижимается к Люциферу и с отвращением смотрит на меня. Архангел не обращает на меня внимания, а общается с Фануэлем, стоящим позади него. Мои нервы настолько напряжены, что отсутствие его интереса ранит меня больше всего. Почему Люцифер не унесет меня прочь отсюда? Хотя я с радостью осталась бы здесь лежать, я карабкаюсь наверх и встаю на колени. В этот раз мне все равно, что плитка раздирает кожу на моих ладонях. Эта боль не такая серьезная, как та, что затаилась у меня внутри. Я сосредотачиваюсь на том, чтобы встать на ноги хоть с каким-то достоинством, и даже не замечаю, что разговоры ангелов затихли. Только когда я делаю два шага в сторону Фели на своих дрожащих ногах, я обращаю внимание на то, что стало тихо."

"Мы обнимаемся и поворачиваемся к Габриэлю, который сделал шаг вперед и прочищает горло. Я уставилась в точку над плечом Габриэля и запрещаю себе смотреть на Люцифера. Неужели так сложно посмотреть на меня приободряющим взглядом? Подать хоть какой-то жест, дающий мне понять, что он рад, что я выжила? Я шатаюсь. Я не смогу долго стоять на ногах.

Фели обнимает меня.

– Спасибо, – шепчет она. – Спасибо, что ты спасла меня.

– Это ты меня спасла, – поправляю я ее.

– Я тебя чуть не задушила. – Она еще сильнее обнимает меня, и я опускаю голову на ее плечо.

– Вы четверо справились с заданием, – громко объявляет Габриэль. – А теперь уберите их с моих глаз. Этот запах просто отвратителен.

Его последнее замечание заставляет меня покраснеть. Я отпускаю Фелицию из объятий и делаю шаг в его сторону. Если бы я не потеряла нож, то бы сейчас вонзила его в него.

Через пару секунд Кассиэль оказывается рядом, хватает меня за руку и поворачивает к себе.

– Не надо этого делать, – требует он, приводя меня в чувство. Что вообще на меня нашло? Я что, хотела наброситься на повелителя первого небесного двора?

Наама, Лилит и Балам окружают нас и враждебно смотрят на Кассиэля.

– Все в порядке? – спрашивает Лилит у Фелиции.

– Все нормально. Спасибо, – ни один ангел со двора Михаэля не интересуется ее состоянием. Наверное, она шокирована.

Я обнимаю себя руками.