3
0
— Ты полна сюрпризов, — заметила орка, — откуда ты знала, что он не нападёт?
— А ты откуда знаешь, когда успокоить азалиска, а когда отойти?
Орчихи переглянулись и одна ответила за одноглазую:
— Ну, если азалиск напряг гребень, он голоден и хочет напасть. Если опустил, значит спокоен.
Эльфийка улыбнулась:
— Ну вот и тут тоже самое. Он просто к реке шёл рыбачить, мы ему были неинтересны.
Оюун прищурилась:
— Откуда ты знаешь?
— Оттуда же, откуда вы знаете про степных змей. Опыт. Мы можем ехать дальше, кстати.
С этими словами, эльфийка вернулась на козлы. Орчихи переглянулись, пожали плечами и залезли в фургон. Я помотала головой.
— Извини, что-то я задремала.
— Тебе надо было отдохнуть.
— Я долго спала?
— Часа четыре.
— Понятно.
Я откинулась на доски, ловя ускользающий профиль Тины. Сианна проницательно посмотрела на меня и спросила:
— Снилось что-то?
— Да… Ну то есть… да?
— Кто-то важный?
Я вздрогнула:
— Откуда ты знаешь?
Эльфийка снова улыбнулась:
— Рассказать тебе притчу про азалиска?
Я фыркнула:
— Понятно. Проницательность, значит, — а собственно, что тут скрывать? Да, есть одна девушка. Мы с ней разделились, когда…
Я быстро пересказала историю своих приключений. Эльфийка была внимательной слушательницей. Когда я закончила, она сказала:
— Понятно. Держи, — Сианна протянула мне хрустальную фляжку, до половины наполненную кровью.
— Откуда ты…
— Она висела у тебя на поясе. Что до крови – мы скинулись, — она откинула в сторону волосы и показала круглый след от горлышка на шее.
Я чуть не захлебнулась от возмущения:
— Вы же ранены в конце концов! И такую глупость…
— Тихо! — голос эльфийки резал как лёд, но тут же смягчился, — каждая из нас отдала немного.
— Но почему?
— Потому что старшая кровь сдержит разрушение твоей души. На некоторое время. А там может и правда ты переваришь осколок сущности Хау, или что ты там соврала одноглазой простофиле.
— Я имела в виду – зачем? Только отсрочивать неизбежное.
— Затем, что тебе есть куда возвращаться. Пей. Или ты думаешь, остальные будут рады, обнаружив утром твой труп?
Хугин, перелетевший ей на плечо пока я спала, согласно каркнул. Я опустила голову:
— Я… спасибо.
— Не за что. Отдыхай. Ты очень много для всех нас сделала, и, если мы можем вернуть долг, мы его возвращаем.
Я порадовалась, что почерневшая кожа не позволяет покраснеть и кивнула. Открыла фляжку и сделала глоток.
Мы ехали несколько дней. Дорога огибала лес по дуге, увеличивая путь до города почти вдвое, но никто не жаловался. Припасов было много. К сожалению, вскоре встала другая проблема. На второй день я глазами ворона увидела одинокого всадника на холме слева. Он смотрел в нашу сторону. Когда ворон приблизился, он развернул коня и ускакал. На следующий день нас встретила засада.
