11
0Деревенские старались их не тревожить, негромко чавкая своими порциями и переговариваясь на своей половине зала. Иногда оттуда доносились всхлипы и плач.
После того, как Генриетта проведала каждого раненого, я предложила ей пойти поспать. Блондинка для приличия немного поупрямилась, но не сильно – было видно, что она и правда вымоталась. Так что, пообещав лично проследить за ранеными и разбудить её, если что-то случится, я проводила девушку в ту самую комнату, в которой мы пили. После чего нашла в зале старосту и показала ему амулет.
— Узнаёте?
Тот близоруко прищурился из-под повязки, которая обматывала большую часть лба и пробормотал:
— Да, вроде такой у святой матуш… Анабеллы был.
— На виду?
— Нет, обычно под платьем носила, но ведь кроме храма она и хозяйством занималась, так что вылетал иногда из-под рубахи. Она его как-то не прятала, просто носила под одеждой. Я подумал, что это что-то обрядовое, а в подробности она сама не вдавалась.
— Понятно, — произнесла я, и вдруг спросила, — а на омовения она с ним ходила?
— Да я не присматривался, — покачал головой Раско, потом поскрёб узловатыми пальцами взъерошенный затылок, — может и в нём.
Я попыталась вспомнить, был ли такой амулет на Иллае, когда я её видела в подобных обстоятельствах, но не смогла.
— Ладно, неважно, — я вздохнула и провела рукой по волосам, походя отметив про себя, что их неплохо бы помыть, — послушай, а что вы решили с… мёртвыми делать?
Я понизила голос, но Раско всё равно вздрогнул, опустил взгляд на свои запылённые башмаки и пробормотал:
— Закопаем на погосте за церковью, что ещё делать? Старик Милош, который камни могильные режет, уже пошёл заниматься. У него дочка с зятем под чары этой суки попали, так что пусть делает – хоть руки на себя не наложит. Ну а мы пойдём копать, наверное. Оттащим тела поближе к церкви и начнём, я думаю.
— Я помогу, — сказала я раньше, чем успела подумать, и поймав взгляд старосты, потупилась, — Просто… я тоже должна что-то сделать.
Староста кивнул, глядя мне в глаза, а потом осторожно положил руку на плечо:
— Не вини себя, девочка, не стоит. Мы должны были вас послушать ещё тогда, у ворот.
Я благодарно кивнула и тихо сказала:
— Может и так, но я всё равно должна это сделать.
— Лишние руки лишними не будут, — пожал плечами староста и добавил, — спасибо.
Устроив обход раненых и наложив пару раз исцеление ран, я заглянула к шаманам на кухню, чтобы сказать куда иду. Хлопотавшая с ними вместе Тина попросилась со мной. Я не стала отговаривать.
Сначала нужно было снести трупы к церкви. Этим скорбным делом мы занимались в молчании. Женщины таскали по трупу на двоих, мужики делали то же самое. Мы с Тиной могли таскать по два за раз, благо rigor mortis ещё не схватил тела.
