11
0Мне бы не хотелось, чтобы с лордом Интрэ что-то случилось, а след привёл бы ко мне.
— Поверьте, я не собираюсь делать с ним ничего такого, нам просто надо поговорить без посторонних глаз.
Рудольф поджал губы. Я ждала. Наконец, он пожал плечами:
— Ладно, если вы дадите мне слово, что не собираетесь его убивать, пытать, похищать или вредить любым другим способом, кроме тех, с которыми вы оба будете согласны. Никакого воздействия на разум, очарования и прочих вещей такого рода.
Над его ладонью загорелась руна верности. Ничего себе – он серьёзно к таким вещам относится. Хотя для хозяина борделя для благородных умение хранить секреты, наверное, должно быть в списке требований для устройства на работу. Я подняла руку и повторила:
— Я даю слово, что не собираюсь убивать, пытать, похищать или любым иным способом вредить лорду Интрэ, кроме тех случаев, когда мы оба будем на это согласны. Никакого воздействия на разум, очарования и тому подобного.
Руна отпечаталась на моей ладони, подтверждая обет. Рудольф улыбнулся и кивнул:
— Ну что же, думаю мы сможем договориться. Лорд обещал заплатить девушке два злотых, — я извлекла монеты и положила на стол, — кроме того мне нужно будет перераспределить немного сегодняшние роли. Вы же понимаете, леди Рэд, это несложно, но требует времени и необходимой мотивации…
Я встала, пряча улыбку. Почему я не сомневалась, что до этого дойдёт? Я расстегнула камзол, сняла и аккуратно повесила его на спинку кресла, после чего занялась блузкой, затем штанами (хорошо, что я догадалась надеть те, которые с пуговицами по бокам штанин – их можно снять не снимая сапог). Наконец, я выпрямилась перед директором, оставшись в одном белье – естественно весьма интересном.
— На что только не пойдёшь ради встречи с людьми из высшего света, — притворно вздохнула я, подходя к столу и наклоняясь.
— Воистину, дорогая, воистину, — улыбнулся директор, доставая из штанов своего пирсингованного монстра.
***
Театр я покинула примерно через час, с запиской от Рудольфа и слегка дрожащими ногами. Призвала Деймоса, выдержала его презрительный взгляд, красноречиво сказавший что-то вроде «вот ты, шлюха-хозяйка развлекалась, а мне не даёшь» и вскочила в седло. Конь сначала хотел заартачиться, но чувствуя идущую от меня сексуальную энергию смягчился и слушался без проблем. Потрепав его по холке, я направила животное вдоль улицы, помня указания директора. Путь занял не так много времени – не больше часа, да и то только потому, что на центральном проспекте опять какой-то безумный проповедник устроил выступление на тему «покайтесь, ибо грядёт». Народ останавливался послушать идиота и образовывал таким образом толпу, а городские стражники не могли достаточно быстро её расчистить.
