Гаур

За примером далеко ходить не нужно.

Переворачиваюсь на спину и, подхватив вторую подушку, накрываю ею лицо, чтобы щекой понежиться о приятную атласную ткань.

— Черт! — вскрикиваю, подрываясь с кровати и отбрасывая подушку на пол, будто от неё исходил запах скунса, а не ароматный женский парфюм «Шанель Коко Мадмуазель», которым успешно пользовалась Мариночка — новая пассия моего бывшего босса. Я этот восхитительный аромат ещё с тех самых пор запомнила. Спать в кровати Артёма, чья постель напрочь пропитана запахом его невесты, перехотелось.

Ревность вынуждает нас творить не самые лучшие поступки в жизни. Иногда за них нам бывает стыдно. Потом… Но в момент всплеска адреналина требуется выход этой энергии, иначе она разорвёт твою душу на мелкие лоскутки.

Кровать я распотрошила за считанные секунды. Выдрала из-под одеяла все простыни до голого матраца. Разбросала по сторонам. Даже чехол сняла. Над подушкой пришлось усердно поработать. Разорвать шов удалось не сразу и то с помощью зубов. Женщина в гневе способна творить «чудеса», о которых мужчинам и не снилось. Когда лебяжий пух взметнул в воздух и закружился снежными хлопьями над головой, густо покрывая собой меня и все плоские поверхности в комнате, превращая спальню в заснеженный полигон, хозяин уютного гнёздышка вернулся с огромной пиццей в руках с удивленно-озадаченным лицом. Чертовски привлекательным лицом!

— Ачхи! — энергично сдула непослушную прядку волос с лица и застыла, моргая ресничками. — Армагеддец… к-ккакой-то… просто… подкрался нечаянно… понимаешь?..

* * *Артём.

— Угу… — соглашаюсь, ставя на комод бутылку открытого вина и два бокала. Удивительная картина меня настолько потрясла, что мысли на какое-то время выскочили из головы и разлетелись по комнате. Закружились вместе с пухом.

Стоит на матраце, переминается с ноги на ногу и виновато покусывает губу. Вся такая сексуальная и желанная, похожа на взбунтовавшегося ангела с розовыми щёчками, мигающими невинными глазками. Правда, без крыльев. Самое настоящее чудо в перьях. Её новый образ спровоцировал внутреннюю дрожь. Пах пронзил спазм, не имеющий ничего общего с болью. Мой член предательски дрогнул. Разум заволокла пелена страсти. Тело окатила очередная волна жара, требующая экстренного выхода.

«Ревность, как и болезнь, обостряется к вечеру», — прихожу к выводу, ощущая повисшее напряжение в спальне. Сотню раз за сегодняшний вечер перебрал в голове свои предпочтения и не смог среди них найти ни одного в пользу Маргарет Кароссо. В душе что-то порвалось. Похоже, в нашей семье вирус «неподчинения» переходит по цепочке от брата к брату.