Гаур

Я уехал, и больше не искал с ней встреч. А спустя два месяца встретил свою Розу. Женился. Смог полюбить. Я мечтал о дочери больше двадцати лет. Всегда хотел девочку, похожую на женщину из моих грёз. Бог отнял у меня жену, но спустя столько лет подарил встречу с тобой. Я за долгие годы одиночества впервые заполнил в душе пустоту, почувствовал себя счастливым. Пойми. Мне эти богатства ни к чему. Кто знает, сколько я ещё проживу.

— Зачем Вы так? Вы же сильный мужчина. У Вас ещё столько незавершённых дел.

— Поэтому я хочу тебе помочь. Хочу сделать то, что считаю правильным. Если бы не ты — всё было бы очень и очень прискорбно. Но ещё хуже, когда женщина отказывает мужчине выразить бескорыстное внимание. Это намного больше огорчает, Елена.

Он загнал меня в тупик. Как и Артём. Ведь так в жизни не бывает, чтобы раз — и в дамки!? Или Фортуна всё-таки существует?

— Что это? — открываю папку, которую оставил его помощник.

— Можешь открыть свой бизнес. Я помогу со связями и с легализацией. А дальше устроишь свою личную жизнь. Кстати, тот парень, о котором ты рассказывала, не объявлялся?

— Объявился, — грустно выдыхаю, пытаясь разобрать текст в документах. — Замуж звал.

— Вот и прекрасно. Ты же мечтала об этом.

— Я сбежала, как трусливая мышь.

Альберто хохотнул.

— Как и я в своё время. А могло бы быть всё по-другому… — задумался. — Но мой поезд уже ушёл, а ты, давай, ешь, и успей запрыгнуть в последний вагон. Хочешь, я тебе покажу её фотографию?

— Чью?

— Элизабет.

— Хочу. Стоп! А что это? — беру в руки свой паспорт и пластиковую банковскую карту из папки. Откуда здесь мой документ? Поднимаю шокированный взгляд на одного из заговорщиков, затем перевожу на другого.

— Я предполагал, что ты не согласишься, поэтому открыл вклад на твоё имя. Прости. Пришлось на пару часов одолжить твой паспорт.

— Это воровство! — возмутилась я. — И самоуправство!

— Ну порычи-порычи. Я потерплю, — спокойно отвечает мужчина. — Принимай, либо обидишь меня отказом. И да! Чтобы тебя легализировать, нужен рабочий контракт. Об этом поговорим после обеда. Вот она, — достаёт из кармана рубашки небольшой цветной снимок, отснятый на фотоаппарат «Рolaroid».

— Мама?? — растерявшись, произношу на русском, но он, видимо, понимает мою реакцию и следом интересуется:

— Элизабет? Ты её дочь?

— Откуда у Вас это фото? — мне становится душно и дурно. Женщина на снимке очень похожа на мою мать в молодости. Я готова поклясться, что это она. — Воды… пожалуйста… — шепчу, не в силах сделать глубокий вдох…

Глава 3. Страхи прочь!

Артём.

Последние три часа показались вечностью. Как не старался сосредоточиться на работе, все равно мыслями возвращался к ней. Пытался её понять. Проанализировать глупый поступок.