1
0— отчеканил я.
— Что ты имеешь в виду? — обеспокоенно нахмурился Макс."
"— Утром увидишь. Переночуешь тут, не хватало мне только обвинения о домогательстве. — выходя из спальни сказал я. — Весь вечер мне запорола… Черт! — вынимая телефон из кармана брюк смачно выругался я.
— Что такое? — нахмурился Макс доставая из шкафа бутылку воды, и отсыпая пару таблеток, что мы купили по дороге, в маленькое блюдце.
— Анжела ждала меня весь вечер в ресторане! — хлопнул я себя по лбу. — Такую ночь просрал из-за этой малахольной!
— Да ладно тебе, сам же говорил, что она тебе надоела.
— Сначала злиться, потом негодует, а в конце посылает. — качаю я головой. — Даже не думал, что в ее арсенале есть столько ругательных слов.
— Вот и радуйся, что сама отстала. И вообще Надежда не виновата, что ей стало плохо. Растить ребенка одной, да еще и содержать его совсем не легкая работа. Не удивительно что организм сдал. — направляясь обратно в комнату с водой и таблетками, читал он лекции, на которые я лишь глаза закатывал.
В данный момент меня больше волновал мой голодный желудок, который так и не получил причитающийся ему ужин. Заказывать и ждать еду не было никакого желания, так что, открыв холодильник я достал яйца с салом которое дед собственноручно солил и поставил на плиту сковородку.
— Ого! — присвистнул Макс, вернувшийся на кухню. — Вижу Маржа не отправила тебя без гостинцев. — утаскивая тонко нарезанный кусочек сала и отправляя его в рот простонал друг.
— Там и для тебя есть. Забыл сегодня передать. — кивнул я в сторону холодильника.
Обжарив сало с двух сторон до хрустящей корочки, тут же, начал разбивать яйца прямо в сковороду, не заморачиваясь на омлет.
— Эх, прощай мое правильное питание, — вздохнул Максим когда мы усевшись начали поглощать мой нехитрый ужин. — Удивительно что я не переношу баранину, но баранье сало могу есть тоннами.
— Тут дело в дедушкином особом рецепте. И чем тебе моя глазунья неправильное питание? Белок и правильные жиры никак тебе не повредят. К тому же мы заслужили, после такого напряженного вечера. Я думал с сума сойду от плача этого ребенка.
— Он же не игрушка, — как всегда закатил глаза друг. — Надеюсь ты будешь помнить об этом, когда завтра начнешь давить на его мать. А то, что давка будет я уже понял по твоим горящим глазам. Ты ведь именно поэтому мне не говоришь, что пришло в твою больную голову? Знаешь, что я не одобрю.
— Чтобы я не сделал это будет на благо нам обоим.
