\

Свары между феодалами для них не в диковинку. Так и наши действия, надеюсь, воспримут.

Впервые в этом мире, да и, вообще, в жизни я участвовал и даже руководил настоящим средневековым карательным походом. Никаких тактических изысков, никакого милосердия к побежденным. Увы, но по-другому было нельзя. А то каждый год или через один придется все повторять.

Подходили к очередному замку, окружали. Потом или огнешарами сжигались ворота, или земляной магией обрушивались стены. И вперед. За собой оставляли развалины. Армия наша постепенно росла. Присоединялись те из аристократов, кто не был согласен с восставшими или состоял с кем-то из их вожаков во вражде, или просто быстрее прочих сообразил, на чьей стороне сила, и торопился засвидетельствовать свою верность.

За месяц, действуя тремя отрядами, один под моим непосредственным командованием, второй возглавил Гуннар, третий — Галанэль, мы взяли более двадцати замков. Бунтовщики так и не удосужились даже попытаться объединиться в одну армию и дать нам бой. Каждый заперся в своей твердыни, полагая, что сможет там пересидеть. Но я им такой возможности предоставлять не собирался.

Решить вопрос требовалось раз и навсегда. Кроме того, несмотря на угрозы Георга Восьмого казнить всех достерцев, которые отпали от Блазии, восставшие все-таки постарались наладить с ним контакт и попросить помощи. Ее, видимо, и надеялись дождаться, спасаясь от нас в своих замках.

Но Георг, как всегда, опоздал. Его легионы только начали стягиваться к границе Достера, как все уже было закончено и против себя они увидели готовое к битве войско, в котором к этому моменту уже было более пятнадцати тысяч воинов. Опять же и зима уже наступала.

Поняв, что ничего не выгорело, легионы развернулись и ушли.

Теперь возвращаться можно было и нам.

Обоз наш к этому времени представлял собой типичный для средневековой армии. Пришли сюда мы налегке, а уходили, таща за собой сотни телег, каких-то немыслимых кибиток и даже карет. Все доверху груженые захваченной в замках и имениях бунтовщиков добычей и… женщинами и девушками.

Последние для воинов-дроу были самым ценным приобретением. И я им разрешил брать жен и дочерей предателей в плен. Предпочитали, конечно, незамужних и молодых, но и замужние дамы постарше вниманием обойдены не были.

Тем более что благодаря разным магическим зельям выглядят здесь представительницы прекрасного пола молодо чуть не до самой глубокой старости. Их развод с прежним мужем оформлялся быстро и без лишних юридических тонкостей. Ударом меча.

Никак не могу привыкнуть к средневековой психологии. Этакое легкое какое-то отношения к поворотам в судьбе и удивительное умение быстро приспосабливаться к любым новым обстоятельствам наблюдаются.