Ты здоровый детина, наклонись над ней, лицо в лицо. Только список вопросов надо составить, и задавай вопросы коротко. Я слышала, что от вопросов многое зависит, чтобы был результат, — объяснила Божан.
— А если она мне в лицо плюнет, злобная тварь? — спросил Остап.
— Ой-ой, напугали ежа голым задом. Ты, Остап, когда успел таким брезгливым стать? Помнится, когда в 44-ом брали карателей, тебя обгадили, — съязвила Алла, тем самым вызвала смех Титова и Потапова.
— Точно, было такое. Мы тогда к лагерю карателей пошли, чтобы «языка»[202] взять. Засели в кустах, затаились.
— Гад. Я ему тогда три пальца сломал, в отместку, — хмуро произнёс Остап, чем вызвал новый взрыв смеха друзей.
Тем временем Божан поставила укол антидота захваченной женщине, Гусяк очнулась через минуту. Тут же попыталась вырваться, но Потапов удержал её за плечи.
— Кто вы такие? Немедленно отпустите, сволочи, я буду жаловаться в милицию, — начала возмущаться Гусяк.
Божан отвесила пощёчину женщине, чтобы та замолчала. Гусяк зло глянула на Аллу.
— Я тебя узнала, тварь. Видимо не зря говорили, что ты с комиссарами снюхалась. Шалава, обслуживаешь их по очереди, раздвигая ноги. А может уже до Кремля доползла, всем евреям комиссарским облизываешь зад, — грязно выругалась Гусяк.
Алла Божан только хмыкнула, открыла свою сумочку, достала ампулу препарата и набрала в шприц.
— Держите её крепче, много болтает и всё не по делу, — велела оперативница и быстро поставила укол задержанной.
Вскоре Дарья Гусяк «поплыла», начал действовать препарат. Майор Хитрук резко начал задавать вопросы. От задержанной члены спецгруппы узнали месторасположение тайника, где прячется Роман Шухевич, село Белогорща подо Львовом. К селу отправили пятьдесят оперативников МГБ, среди которых присутствовала группа из КГО, Божен, Титов, Потапов и Хитрук.









