– Нет, о Франции мы сейчас говорить не будем, – ответил ему мистер Кристалл. – Может, как-нибудь в другой раз. А сейчас у нас биология.
Джером снова отключился. Но и я, к сожалению, тоже. Мои усталые веки то и дело закрывались – я ничего не мог с этим поделать.
В какой-то момент я проснулся, лёжа головой на парте. Я испуганно выпрямился, вытирая слюну в уголке рта. Шари посмотрела на меня с тревогой, отчего мне сделалось ещё более неловко.
Джек Кристалл мне улыбнулся:
– Хорошо, что ты проснулся: не мог бы ты объяснить нам, почему каждый год акулы убивают около десяти человек, а люди – сотни тысяч акул?
– Жутко несправедливо, правда? – подхватил я.
Акул боятся не только люди – оборотни тоже. Во всяком случае, большинство одноклассников снова странно на меня поглядывали. Как будто им не по себе, когда поблизости большая акула вроде меня.
После урока ко мне подошла Шари:
– Представляешь, сегодня рано утром родители опять меня навестили.
Ной от испуга подавился биодинамическим бутербродом с сыром и зелёными водорослями:
– Они узнали, что ты побывала в дельфинарии?!
– Нет, всё хорошо.
Мы все с облегчением выдохнули.
– Странно, что они так внезапно переменили мнение, – удивилась Блю.
Шари пожала плечами:
– Да, сама не знаю почему.
Я открыл было рот, чтобы признаться ей, что говорил с её родителями, – возможно, поэтому они и передумали. Но тут, как назло, на меня с размаху налетели боровшиеся друг с другом Джером и Томкин. Я упал – хорошо ещё песка не наглотался. Конечно, мальчишки и не подумали извиниться – они меня вообще не заметили.
– Полегче, придурки! – осадила их Шари.
– Сейчас всё уладим, – пообещала Финни, стоявшая поблизости, и когда Томкин, мерившийся силами с приятелем, протопал мимо неё, она молниеносно подставила ему подножку.
– Кто это сделал?! – прорычал Томкин, а мы напустили на себя невинный вид.
Вскоре рог-ракушка возвестил начало следующего урока – истории. Миссис Пелагиус, которая, как обычно, вела урок в обличье морской черепахи, всё ещё была выбита из колеи тем, что кое-кто из наших учеников пострадал."
"– Не возражаете, если сегодня мы вместо истории проведём гидрологию? После того происшествия с заражённой водой мне трудно говорить об истории.









