1
0
Наташа, повинуясь инстинктам, подняла руку и дрогнувшими пальцами дотронулась до подбородка мужчины, очертила его контур. Колючий. Суровый.
Никто из них не нарушал тишины в салоне, лишь негромко работал включенный двигатель."
"— У меня получилось, — гулко отозвалась она, направляя руку выше к скулам Федора. Ничего естественнее, чем трогать его, и быть не могло. Постепенно, шаг за шагом ей открывались нити, что связывали её не только с Федором, но и с самим миром двуликих. Сказки перерождались в голове, обретая новый смысл. — У меня снова было видение.
— Видение? Да черт с ним! — в сердцах выругался Федор и накрыл её ладонь своей. — Я хочу знать, как ты.
— Цела. Здорова.
— Я ценю в женщинах юмор, но ещё одна шутка или уход от прямого ответа, и я тебе ввалю.
— Что сделаешь? — Ната даже подалась вперед.
— Ввалю. Всыплю. По твоей заднице. По первое число.
Брови Наты медленно поползли кверху. Легкое удивление от грубоватости, жесткости слов перерастало в возбуждение. Соски Наты напряглись, уперлись в ткань. Пусть в салоне и не было достаточно яркого освещения, девушка увидела, как темнеют карие глаза, их затягивает поволока.
Федор демонстративно втянул воздух.
— Ната…
Его дыхание так же сбилось, и отчего-то Наташе это понравилось.
Она потянулась к нему.
Ближе.
Ещё ближе.
— Я видела себя. Там, за Гранью. В будущем. В пещере.
Федор нахмурился и резко подался назад, сразу же трогаясь с места.
Ната недоуменно уставилась на профиль мужчины.
Она ожидала другой реакции.
Какой именно — она не знала. Но не такой — точно!
— Ты мне не веришь, Федя? — возмущение заклокотало в горле.
Мужчина слишком круто выкрутил руль, Наташа дернулась вбок, потом вперед, успев выставить руку.
— Эй…
Федор продолжил молчать, сильнее сжав губы.
Наташа тоже нахмурилась.
— Куда мы едем?
Тишина.
— Федя!
Он вырулил на трассу.
Наташа больше не задавала вопросов.
Она поняла, куда они едут.
ГЛАВА 19
Мама не удивилась их приезду.
— Проходите, — сказала она, пряча глаза.
Наташа вперила в маму взгляд, но безрезультатно.
— Федор Адамович, рада вас видеть у себя…
— Мама, что происходит? — прошипела Наташа.
И Федор, и мама что-то знали.
Снова.
А она должна постоять в сторонке?
Ну уже нет!
Ната разулась, разделась и снова посмотрела на маму, что прошла вперед и терпеливо ожидала, когда гости пройдут за ней. На лице Людмилы Игнатьевны проступила бледность, в глаза дочери она не смотрела. Руки заломила за спину.
Интересно, однако.
— Чай? Кофе?
— Мама, мы ничего не будем! — Наташа сразу же прошла в зал — единственную комнату в квартире, где они могли поговорить, не толкаясь плечами друг о друг. Спальня и кухня были крошечными.
