1
0Тому, что мне снилась Инна, даже не удивился. Только она была грустной, в ее глазах плескалась печаль. Было такое ощущение, что она даже во сне со мной прощалась.
Не знаю, сколько я проспал, только когда открыл глаза, солнце ярко светило в окно. Голова пульсировала от накатывающей боли. Память услужливо подкинула события последних трех дней. Я взвыл от безысходности. Она меня бросила. Просто ушла.
Услышав мои стенания, врач вошел в комнату, оборудованную под палату.
– Все в порядке, Игнат? – спросил он, взволнованно глядя на меня.
– Да, только голова раскалывается, – недовольно ответил я.
Только после его прихода заметил капельницу, от которой трубка тянулась к моей руке.
– Тебе поесть нужно. Когда ты последний раз нормально питался? – поинтересовался он, вытаскивая катетер из вены.
– Не помню. Ты прав, надо поесть.
Я поднялся и пошел на кухню, где меня уже ждал повар. Он быстро стал подсовывать мне тарелки с едой. Только меня вся эта церемония совсем не привлекала. Я ел, только потому что понимал, что нужно. К тому же потерю крови стоило быстрее восполнить. Вот только вкуса еды не чувствовал. Аппетита тоже особо не было. Набив желудок, отправился наверх.
Впереди было много дел. То, что Инна ушла, не значило, что я мог себе позволить ничего не делать. Тем более теперь.
Глава 27
Инна
Проснулась снова в холодном поту. И только спустя минуту поняла, что нахожусь дома. Что надо мной не стоит парень, который смотрит безумными глазами, как это было два утра подряд. От этого жуткого взгляда хотелось скрыться, но было некуда. Он не отходил от меня ни на минуту. Это постоянно держало меня в напряжении, я стала дерганая и пугалась каждого шороха.
Он называл меня любимой и своей королевой и обращался как с сокровищем, кроме пары поцелуев, больше ничего себе не позволил. Но то, в какой обстановке все происходило, пугало меня до ужаса.
Выдохнуть я могла только тогда, когда ему необходимо было уйти. Все время в его отсутствие я пыталась достучаться до соседей, даже кричала в открытое окно, но никто так и не отозвался. Я боялась расслабиться, поэтому не позволяла себе никаких слез и истерик."
"Очень быстро поняла, что парень психически нездоров, поэтому соглашалась со всем, что он говорил. Иногда меня передергивало от его прикосновений, но он, казалось, ничего не замечал.
Дома я находилась уже три дня, но так и не могла отойти от ощущения пристального взгляда на себе. На улицу я старалась не выходить. Почему-то стала бояться незнакомых людей и предпочитала оставаться дома. Девчонки косо на меня смотрели, но молчали. Им я не стала ничего рассказывать. Не хотелось их пугать, да и вспоминать все это мне совсем не хотелось.
