В этот дом, кстати, в закрытом поселке, мы переехали только по весне. Тимур долго сопротивлялся, когда наши отцы заявили, что на рождение внука намерены подарить недвижимость у себя под боком. Якобы для того, чтобы дитя было под присмотром. Кого под «дитятей» папа с Дамиром имели в виду, мы так и не поняли, подозреваю, и нас с Тимуром тоже, но в итоге муж сдался. Дом принял, но помогать с отделкой финансово категорически запретил. Обоим мужчинам. И я была с ним в этом солидарна. Они и так сделали для нас достаточно, пора было самим вставать на ноги.
В итоге практически полтора года мы с Тимом большую часть заработанных денег пускали на ремонт, который превзошел все наши ожидания.
Так что все шло более чем прекрасно! Мы с Тимом наконец-то твердо стояли на ногах, полностью обеспечивая себе и Славке комфортную счастливую жизнь, и, слава богу, протекала она теперь в частном доме! Если бы мы все еще жили в многоэтажке, сын, наверное, улицы бы не видел.
Смешные они, родители. Такие милые, как дети. Даже забавно за ними наблюдать. За тем, как в темноволосом черноглазом карапузе, любимом нами с Тимом до умопомрачения, сосредоточивается не только наш с мужем весь мир, но и мир моих папы с мамой.
Я как-то осмелилась спросить у мамы, почему они с папой остановились на одном ребенке. Почему у меня нет братика или сестренки, ведь после появления внука стало очевидно, что они оба без ума от малышни. Мама тогда, не вдаваясь особо в подробности сказала, что папа не может иметь детей. Как бы печально это ни было, человек, который быть отцом заслуживает больше всех, детей иметь не может.
Так что весь их мир была и есть я. Даже несмотря на возраст, характер и то, что уже сама далеко не ребенок, а имею вот собственного проказника Славку, раскидывающего песок направо и налево в компании хохотушки Ами.









