Его дерзкая девочка (СИ)

Сейчас у меня есть еще дела, но мы с мамой ждем вас к себе вечером. Там все и обсудим. Договорились?

— Угу. Спасибо, пап… Я люблю тебя! — выпутывается из моих рук Златка, целуя отца в щеку.

— И я тебя малышка, — крепко и порывисто прижимает дочь к себе Роман. — Давайте, я оставляю вас, но машины с охраной еще помаячат, на всякий. Но думаю, больше проблем быть не должно, — говорит, и мы пожимаем друг другу руки. — До вечера, — он кивает и тоже покидает нас. А за ним и парни Громова, который перед отъездом пожимает мне руку и поздравляет с ожидаемым пополнением. Мы перекидываемся парой фраз, и Денис уезжает.

Остаемся только мы вдвоем. На этой полупустынной улице. Даже зевак почти нет. Рано, да и произошло все слишком быстро. А сейчас как будто и не было ничего.

— И куда тебя понесло с утра пораньше? — подцепляю пальцами подбородок девушки, заставляя посмотреть на меня."

"— Абашев, в нашем холодильнике даже мыши не вешаются, — шмыгает и вытирает нос рукавом кофты. — Решила тебе сделать приятное, а получилось вон как, — пожимает плечами и закусывает губку.

— А получился у меня марафонский забег, — усмехаюсь, чуть выдыхая, наконец отпуская ситуацию.

Обошлось.

Она снова меня обнимает и утыкается своим носом мне в шею.

— Никогда-никогда, я больше ни на шаг от тебя, — еле слышно доносятся ее слова.

— Что? — чуть улыбнувшись, вслушиваюсь в ее слова.

— Стоит отойти от тебя на шаг, и сразу неприятности, — ее голос срывается. — Как же я тебя люблю… — звучит еще тише, а ее руки сильнее меня притягивают.

— Любишь? — мое сердце на мгновение замерло, а с ее тихого «угу» понеслось, как ненормальное: бешено, отрывисто, радостно. — Маленькая моя, — утыкаюсь носом в ее волосы.

— И чего ты молчишь? — Злата чуть отстранилась, заглядывая мне в глаза, обиженно надув губы.

— Что?

— Я тебе тут в любви признаюсь, а ты?!

— А что я? — меня начинает смешить наш диалог, и в особенности ее забавно надутые щечки.

— Абашев? — упирает руки в бока.

— Ты хочешь применить силу, чтобы услышать признание от меня? — тяну к ней руки, но эта упрямица отступает на шаг.

— Даже если и так. Учти, Абашев, ты от меня теперь никуда не денешься.

— Это звучит как предложение руки и сердца, — улыбаюсь, как дурак.

Нет, такое может быть только у нас. Только с нами. Забавная. Смешная. Сумасшедше-дерзкая и моя!

— А хоть бы и так! Я вообще-то еще и нашего ребенка ношу. Так что не советую долго думать.

Я делаю резкий рывок в ее сторону и ловлю. Златка взвизгивает и громко смеется. Я же притягиваю к себе ее и, уложив ладони на ее щеки, фиксирую голову и смотрю на чуть приоткрывшиеся губы. Такие любимые и такие манящие.